— А как же! — ведун, потянувшись, глянул в ласково сияющее сквозь просветы в листве небо. — Все, что происходит вокруг нас — это знаки. Нужно только суметь правильно растолковать их окружающим, и всегда будешь в выгоде!
— Все бы вам, ведунам, насмешничать, — неодобрительно проворчал жрец.
— У тебя хороший слух, жрец, — заметил в ответ ведун. — Услышал, как я разговариваю с кукушкой, с полусотни шагов.
— А у меня и зрение будь здоров, и вообще я еще очень даже ничего! — с мало подходящей к его старческому виду молодецкой удалью пробежав последние шаги по косогору, жрец затормозил, упершись руками в ствол дерева, под которым расположился ведун. — А подобраться незамеченным мне, значит, не удалось?
— Извини, — развел руками ведун.
— Не будешь возражать, если я присяду? Не помешаю?
— А чего ж, садись, — великодушно разрешил ведун. — В ногах правды нет. Побродить вышел?
— Нет, — опустившись на землю, честно признался Инциус. — Тебя искал. Поговорить мне с тобой надо.
— Опять?! — ужаснулся ведун, закатив глаза. — Что ж так часто-то?! Позавчера ведь только беседовали! Ты, никак, решил перековать меня в свою веру? Или заговорить до смерти?
Инциус ответил на подначку ведуна кислой улыбкой.
— Не договорили мы с тобой…
— Ну что ж, — вздохнул посерьезневший ведун. — Давай договорим.
Какое-то время они сидели в молчании, а потом жрец заговорил:
— Когда-то под рукой Рольфа было четыре десятка деревень, каждая побольше этой раза в три.
— И куда все это делось? — равнодушно поинтересовался ведун. Чувствовалось, что спросил он лишь для поддержания разговора, потому что был уверен: от него ждут этого вопроса. Жрец наверняка это понял, но вида не подал.
— Рольф распродал все свои земли, и люди ушли под руку другим князьям. Здесь, — он кивнул на деревню, — все, кто остался.
— Учитывая, в какую даль им пришлось идти за своим князем, и то, что я слышал о его характере, странно, что остались хотя бы эти, — все так же равнодушно ответил ведун. Инциус неодобрительно пожевал губами.
— Может, Рольф и крут нравом, но он справедлив. И его подручники всегда были за ним, как за каменной стеной.
— А еще, что князь Рольф неслыханно щедр, — в тон жрецу продолжил ведун. — Его дружинники, по слухам, получают такую же плату, как и царские ратники. А за те деньги, что были обещаны за мою работу, можно было бы вызвать из столицы ватагу Чистильщиков с придворными жрецами в придачу, и через недельку они заодно с оборотнем подчистую извели бы в округе всю нежить и нелюдь! Однако князь по непонятным причинам предпочел обратиться к ведунам… — ведун умолк и вопросительно уставился на жреца.
— Вижу, ты много знаешь о князе Рольфе, — сухо заметил Инциус. Ведун промолчал в ответ.
Жрец нерешительно пожевал губами, вздохнул, собираясь с духом и, наконец, решился:
— Скажи, ведун, что ты собираешься делать с оборотнем?
— А с чего ты взял, что это именно оборотень? — неожиданно спросил ведун. — Уж во всяком случае, кузнеца убил точно не оборотень. Оборотни не обгладывают трупы!
— Может, его обглодали уже потом? — хмуро буркнул жрец.
— Ох, темнишь ты, Инциус! — ведун со вздохом покачал головой. — Ведь наверняка не хуже моего знаешь, что ни одна, даже самая тупая, злобная и голодная тварь, что из живых, что из нежити, не подойдет ближе чем на десять саженей к жертве оборотня!
— Так что, по-твоему, оборотня здесь нет? — в голосе жреца прозвучала едва уловимая нотка надежды.
— Да нет, есть, — наперекор самому себе вздохнул ведун. — Тех стариков и их внучку убил уже оборотень.
— Значит, я не ошибся, — Инциус обреченно покивал. — Это не волколак…
— Нет, — покачал головой ведун. — Разоренный дом в деревне — это работа оборотня. Точно. Нежить у вас здесь, конечно, понаглее, чем на западе, но такое ни одному волколаку не по зубам. Даже если он и не один. Это оборотень.
— Ну что ж… — жрец бросил на ведуна быстрый внимательный взгляд. — Коли так, что будешь с ним делать?
— Поймаю и посажу на цепь у ворот замка, — равнодушно пожав плечами, ответил ведун. — Пусть караулит!
Жрец сверкнул глазами, но сдержался. Ведун это заметил и оценил.
— Прости, Инциус, но какой смысл задавать пустые вопросы? Я убью его, что еще я могу сделать? И разве не за этим меня сюда позвали?
— Я скажу тебе то, что не сказал бы никому другому, — помолчав, произнес Инциус. — Я рассчитывал, что ваши Хранители примут иное решение…
Ведун посмотрел на жреца с нескрываемым интересом. Тот ответил печально-сожалеющим взглядом.
— Ты должен знать, о чем я говорю. Ты ведь на самом деле не ведун. Не простой ведун. Ты из Детей Волка.
— Что, неужели так заметно? — глаза ведуна весело блеснули.
— Вижу, ты совсем не расстроен тем, что я тебя раскрыл, — жрец слегка растерялся.
— А с чего мне расстраиваться? Я не скрываю правду о себе, просто стараюсь без особой надобности ее не выпячивать. Если люди об этом узнают, вряд ли им станет легче со мной общаться.
— Так ты о людях печешься? — жрец саркастически хмыкнул.
