И тут к ним во двор ввалилась целая толпа какого-то разношерстного народа. Под предводительством майора Чунильского люди окружили сундук, возле которого сразу же была поставлена охрана с автоматами. Вокруг была и полиция, и какие-то ошеломлённые люди в штатском. А также перепуганные свидетели: Людмила и Николай Цыбульские — соседи, живущие напротив — и какой-то прохожий. Затем была произведена опись содержимого сундука. И все эти цацки в руках полицейских так и сверкали, так и переливались, потрясая присутствующих блеском. Всё это время Полина Степановна стоически от них отворачивалась. Но когда достали изумрудный комплект, с печалью проводила его взглядом…
Когда всё закончилось, Людмила Цыбульская, соседка, подписав трясущейся рукой какие-то акты, подошла к Полине Степановне.
— Ну, вы и дураки, Степановна! — тихо высказалась она. — Зачем клад-то отдали? Или, всё ж, немного и себе взяли? — с надеждой спросила она. — Я смотрю — там только пол сундука. Хоть перстенёк-то взяли?
— Ничего не взяли, Людочка! — расстроенно вздохнула Полина Степановна. — Сама вот вся испереживалась! Внучка говорит, что себе нельзя ничего брать, а то компенсацию не дадут, — кивнула она на Аронию.
— Так нечего было вообще его сдавать! — сверкнула глазами Людмила. — Мне б отдали, я б сховала.
— А Белоглазы, что тут жили, тоже свою долю получат? — подойдя, с любопытством спросил её муж Николай. — Дом-то их был. Может, предки-казаки клад-то и зарыли?
— Вряд ли у казаков были такие цацки! — отмахнулась Людмила. — На дом-то их глянь!
— Компенсацию получают только те, кто клад нашёл, — заметила Арония, — и те, кому сейчас принадлежит участок. Белоглазы своё право утратили, продав этот дом.
— То-то за локти себя теперь кусать будут! — злорадно заметил Николай.
Но вот сундук с драгоценностями опечатали и, погрузив в бронированную машину, увезли. Владислав, подойдя, сказал им, что повезли клад прямо в банк — в специально оборудованный блок. Оказалось, что и представитель банка — по приглашению полиции — тоже здесь был.
Вскоре двор Саниных опустел. И имел плачевный вид — снег истоптан, в углу яма и валяющиеся инструменты…
— Я предлагаю вам на несколько ночей перебраться жить ко мне, — сказал Владислав.
— Почему? — удивилась Полина Степановна.
— Думаю, весть о баснословном кладе уже разнеслась по всей округе, — усмехнулся он. — Поэтому ночью сюда можно ждать непрошенных гостей.
— Почему? — опять с недоумением спросила Полина Степановна.
— Наверняка найдутся желающие попытать удачу и поискать закатившиеся в угол ямы драгоценности. Или припрятанные в доме. Люди не поверят, что вы ничего себе не оставили. Потому что так поступил бы каждый — как они считают.
— Страсти какие! — уже привычно ужаснулась Полина Степановна.
Похоже, их находка всё меньше ей нравилась. Что ж теперь — из дома уходить, чтобы живу остаться? Тут уж никакому кладу рад не будешь.
— Что ж, спасибо, Владислав, — вздохнула Арония. — Думаю — так будет лучше. Тем более — нам уже не привыкать у вас спасаться.
Конечно, она знала, что Михалап своё дело знает и непрошенным гостям здесь будет неуютно. Да и она могла за себя и за бабулю постоять. Но зачем старушке дополнительные стрессы?
Оказалось, что Владислав опасался не зря.
Когда на другой день Полина Степановна и Арония вернулись — весь двор и дом были перевёрнуты. Полина Степановна попыталась навести порядок, но потом махнула рукой и села посреди комнаты на поднятый с полу стул.
Как, всё же, хорошо, что она не взяла эти проклятые изумруды. Хоть спать спокойно будет.
А Михалап уже потихоньку шепнул девушке — мол, сосед тут ваш был, Николай Цыбульский с дружками. И он — будь в надёже — ужасти на них нагнал. Но те, всё ж, успели накуролесить и порыться везде. Уж больно им забогатеть хотелось — всякий страх потеряли.
Поэтому, взяв всё необходимое, Полина Степановна с внучкой вернулись обратно в квартиру Владислава. Благо его родители — Ираида Вениаминовна и Богдан Тихомирович — зная о сердечной привязанности сына к Аронии, принимали их как родных. Вернее — как будущих родственников. Отчего ж не погостить?
В этот день Владислав вернулся с работы пораньше. Всё ж — суббота, впереди выходной. Он уже договорился с женой вечером какой-нибудь фильм вместе посмотреть. К тому ж, Арония обещала торт испечь, а к домашней выпечке Владислав всегда был неравнодушен.
Но, зайдя на кухню, он застал Аронию не за хлопотами об ужине, а за разглядыванием какой-то бумажки. Из-за которой она явно была очень взволнована. Учитывая её положение, это было совершенно ни к чему. Ведь Арония в скором времени должна была родить. Девочку. Которой, кстати, уже и имя придумали — Арсения.
— Что это у тебя? — спросил Владислав, усаживаясь за стол.
— Да вот, мне перевод пришёл. И, представь себе — из-за границы, — сунула она ему в руки бумажку.
— Тебе? — удивился он, тоже рассматривая клочок бумаги. — У вас там родственники есть?
— До сего дня о таких не слыхала, — пожала она плечами.
