Отец снова тащил ее к дому и я хотел снова их догнать, но на этот раз чтобы вырвать руку мамы у него и забрать ее с собой… Легкое отрицательное покачивание головой и грусть в глазах мамы остановили меня. Нет. Она не пойдет со мной. Она останется с ним. Может, будет встречаться со мной тайком от отца, но его не покинет. А Ритка? Он же и ее только что послал!
Я обернулся и посмотрел на сестру.
— Идем, Олег, — хмуро сказала она. — Ты знаешь папу, переубедить его, если он что-то себе вбил в голову, непросто. Идем.
Я снова повернулся в сторону родителей, но те уже зашли в подъезд.
— Да. Идем.
Подростки провожали нас разными взглядами. Кто-то смотрел с сочувствием. Кто-то с удивлением. Темная красотка чуть усмехалась, но все еще вяло. Мой позитив еще не выветрился из нее.
— Я же говорила, что ты сволочь и урод, — фыркнула в минивэне жена Антона. — Прекращай прикидываться хорошим. Тебе даже родители не верят.
Я молча отвернулся к окну. Говорить не хотелось. Впервые в жизни я испытал злость по отношению к Свете. Будто это она виновата в отношении отца ко мне. Глупо. Но чувство все же появилось, и выкинуть его удалось с большим трудом.
Я сидел в гостиной особняка и пялился в телевизор. Мы приехали к Дажьевым десять минут назад, после чего Света тут же отправилась решать вопрос с гостями и их размещением. Я же захотел побыть один. Все равно сейчас Жозе занят и на мои вопросы отвечать не будет. А тут еще и официальное заявление от правительства подоспело насчет сложившейся ситуации. То, о чем будет знать население страны. Что решили озвучить для всех. Полезно знать и мне, чтобы понимать, что думают обычные люди.
Я только головой покачал. Как заливают-то! Все стрелки от себя отводят. «Это не мы — это они плохие!» Классика! Я переключил канал и охренел.