И снова «латексная» дает о себе знать, попытавшись впиться отросшими темными клыками мне в лицо! Она уже пришла в себя и пусть лишилась руки, но ей это не помешало оттолкнуться задними измененными лапами и повалить меня на землю. Уцелевшей рукой, темная сжала мое горло, но благодаря воротнику из полосок стали не смогла меня задушить, лишь прижав к земле. Первый укус у нее вышел неудачным — повалив меня на асфальт, из-за раненой руки она немного не рассчитала и промахнулась, цапнув клыками мою «корону», что прикрывала мою голову от атак по ней. А когда она отстранилась и попыталась укусить уже прицельно мой нос, я поставил на пути свое лезвие, выходившее из правого кулака, убрав остальные три в броню, чтобы не мешали. В итоге со всего размаху тварь напоролась челюстью на острую полоску стали. Так и я еще дернул рукой вверх, располовинив голову темной не хуже, чем это делает мой глиф атаки.
На мое лицо пролилась кровь темной вместе с ее мозгами. Был бы живым — проблевался.
Скинув мертвое тело с себя, я с облегчением заметил, что духа от нее не осталось. Умерла, как положено после ритуала богов — моментально уйдя к душе мира. Но расслабляться было рано. Любительница бандажа никуда не делась, да и стерва была еще жива, хотя до сих пор в наш бой не вмешалась. Чем она занимается, я посмотреть не успел — в меня влетел навник Чернобога, разнеся в пыль грудные пластины брони и на пару сантиметров стесав грудь до костей. Дикая боль чуть не лишила меня сознания. От атаки я покачнулся и упал на спину и не слышал уже, как стерва материт свою помощницу за использование знака бога разрушения над ритуальным символом.
— Кха… кха… — я пытался подняться на ноги, с трудом опираясь на правую руку.
Грудь жгло от боли. Тело медленно восстанавливалось, но не так быстро, как после атаки того же орла. Вот что значит разница между символом и простой физической атакой по кому-то вроде меня! Да еще и символом старого темного бога, который и до ритуала могли использовать обычные люди, не имеющие никаких способностей. И как раньше меня миновала такая участь? Не иначе дикая удача и то, что со старыми темными родами я не пересекался.
Как я заметил, символы чужих богов по возможности никто старается не применять. Особенно духи. А как я понял, эта бандажница был духом «латексной» и психанула после гибели своей подзащитной. Я вот тоже хоть и применяю иногда символы других богов, но в первую очередь стараюсь ограничиться своими силами. Как мне Света еще в начале нашего знакомства объясняла — если духу не хватит сил для создания символа, это может его уничтожить. Недооформленный настоящий символ будет тянуть силу из духа до тех пор, пока не окончит свое создание либо пока дух не умрет от истощения. С собственными глифами такого нет. Их можно развеять в любой момент. Вот и стараются духи не обращаться к символам. Это привилегия медиумов. Но и те тоже при возможности ими не злоупотребляют, ведь каждое создание божественного символа — это обращение к ее богу-носителю. И усиление последнего за счет жертвы, что будет уничтожена этим символом.
Я не знал, где находится дух стервы, но его отсутствие мне только на руку. Еще одного противника уровня Проявление я не потяну. И сейчас-то меня почти прикончили всего одной атакой.
Собрав мысли в кучку, я догадался запустить энергию по своему телу по кругу, вложив еще очков Веры с желанием восстановиться. Заживление страшной раны пошло быстрее, а боль начала отступать. Вовремя! Ко мне уже неслась новая веревка, чтобы связать и раздавить в своих «объятиях». При взгляде на нее в уме сам собой всплыл образ ошейника с зубьями внутрь. Не иначе связка «бандаж»-«девица»-«извращения» подкинула его. Но сейчас мне было плевать. Этот образ вполне сойдет за новый глиф!
Легко воплотив его на пути почти достигшей меня веревки, я дождался, пока та пройдет в него, и тут же мысленно сжал. Конец веревки остановился в миллиметре от моей шеи и задрожал, не в силах вырваться из тисков моего глифа. На другом конце тоненько завыла «бандажница».
Я все еще не мог подняться на ноги, а потому просто мой взгляд скользнул вдоль веревки и уперся в его владелицу. Темная подвывала от боли, из-за чего тряслась всем телом и даже на цыпочки встала, словно висела в петле. Собравшись с силами, я сконцентрировался и, не развеивая только что созданный новый глиф, лишил ее головы своим привычным глифом атаки. После этого веревка как и ее владелица осыпались черным прахом. Я облегченно выдохнул и перевел внимание на стерву в шубе.
