Не многие смертные могли похвастаться тем, что им доводилось скрестить клинки с легионером – это было сущим безумием, только война могла свести таких разных противников. Война и стая изгнанников. Сигурд и Антей учили мальчишку всему, что могли сами, и тот рос умелым бойцом. В рядах армейских подразделений у него скоро не осталось достойных соперников, и, сдерживая руку, легионеры выходили на спарринг с ним – ради развлечения и тренировки человека. Волчонок не унывал, и кто-то научил его подлым приемам, чтобы его шансы на успех были чуть выше, если ему доведется участвовать в настоящих боях.
Было в нем что-то от эльдар. Их ловкость и скорость. Он был высок – так всегда происходило, когда человек рос на мирах с низкой гравитацией или в космосе, но отнюдь не слаб. Он без проблем переносил холод и жару, хотя и не так хорошо, как Астартес. Он никогда не возвращался с охоты без добычи, когда легионеры находили обитаемую планету. Усвоив все уроки, он все же влился в Стаю, хотя и остался слабее Волков, но не был изгоем в ней. Он стал молчаливой тенью вожаков, как они в свое время стали смертоносными тенями примарха.
Он так и не узнал ничего о своем происхождении.
========== Глава 40 ==========
Босые ноги коснулись изумрудной травы, чуть влажной от утренней росы. Ее прохлада приятно прокатилась по телу.
- Что ты делаешь?
Сигурд обернулся. Антей сидел на плоскости рампы и с интересом смотрел на брата.
- Ничего. Просто пытаюсь вспомнить.
Младший вожак присел, коснувшись зеленой щетки растений раскрытой ладонью.
- Я соскучился по этому вот. Настоящая трава, и никто не пытается отгрызть тебе голову. Чистое небо, из которого не сыпятся снаряды.
Он обернулся.
- Помнишь нашу первую беседу с примархом?
Антей помнил. И сейчас, глядя в ледяные глаза брата, с трудом мог поверить, что тот когда-то говорил те слова.
«Но разве в мире есть только война?»
Когда они только покинули родной мир, Сигурд отказывался воспринимать утвердительный ответ. Годы прошли, и он изменился. Как и приютивший их легион, они оба жили войной, и сильнее всего она сказалась на том, кто ее поначалу отрицал.
Сейчас он наслаждался, оказавшись в тишине, но Антей знал, что это лишь маска. Душа младшего брата была выжжена, как радиоактивная пустошь, и чувства, которые пробуждал в нем этот мир, поверхностны. В любую минуту пелена наслаждения может спасть, обнажая истину. Холодную и смертоносную, словно ледники Фенриса, душу воина. Заострившееся ухо шевельнулось, ловя отзвуки, и Антей обернулся.
- Я бы не был так уверен.
Сигурду не было нужды переспрашивать. Он тоже заметил приближающихся людей. Отряд шел не торопясь, уверенно, по своей собственной земле.
- Это что за твари?
Сигурд заглянул за борт «Грозовой Птицы», доставившей их сюда, и улыбнулся.
- Это лошади. На Видфриде они не прижились, когда их привезли первые колонисты, а здесь они уцелели. Они используются людьми, как у нас использовали молгов.
Антей оценивающе рассматривал крупных животных.
- Ты вроде бы говорил, что они травоядные?
Сигурд кивнул, но, присмотревшись, удивленно присвистнул.
- Должно быть, местная порода.
- Ага. Должно быть.
На всякий случай Антей подтянул поближе меч, не вынимая его из ножен. Без доспехов стало как-то неуютно, но страха, естественно, не было. Всего лишь смертные.
Странная одежда всадников была не очень яркой, но пышной. Преобладали темно зеленый и черные цвета, дополненные богатой белой отделкой.
- Это то, что нам обещали?
- Похоже на то. Свита местного вождя.
- Обуйся хотя бы. Как думаешь, они оскорбятся, если узнают, что видят не равных себе?
Сигурд фыркнул.
- Они не узнают. Разве что ты сам им расскажешь.
Он внял совету брата, натянув сапоги, и застегнул высокий ворот кителя. Он копировал армейский мундир, но был сшит специально для него. Примарх когда-то решил, что такого будет достаточно, чтобы ввести людей в заблуждение. Впрочем, при его росте и фигуре – это было обычно излишне, но он не стал ничего менять.
Оба Волка были формально безоружны. Мечи и болтеры оставались в корабле, недоступные взору прибывших. Как бы мирно ни выглядела планета, каким бы слабым ни казалось ее население – случиться могло что угодно. Опасность может ждать где угодно, и не в обычаях Астартес полагаться на кажущееся.
Сделав Антею знак не двигаться с места, Сигурд встал сбоку от «Птицы», стараясь держаться как можно более непринужденно.
Процессия остановилась в нескольких метрах от «Птицы». Кони, если их можно было так назвать, возмущенно фыркали и били о землю острыми копытами. Оба Волка почувствовали их напряжение – звери рвались в бой, почуяв кровных врагов под личинами Астартес. Пласты дерна летели в стороны, когда их ноги с мощными ударами опускались на землю. По удилам стекала пена, а из-под приподнятых губ свисали клыки, длинна которых была совсем неприличной для травоядных.
