Темира вновь подняла лук, направляя в небеса, наложила стрелу на натянутую тетиву. Та полетела – выше и выше… А потом мир перевернулся, и Мэа-таэль с Темирой стояли уже не на зеленой траве, а на воздухе, и под ногами не осталось опоры, вокруг - только синее небо. Внизу, глубоко – расстилалась Великая Степь мира живых.
Глаза полуэльфа обрели небывалую зоркость – он различал с высоты десятков тысяч шагов как сгибается под порывами ветра молодая трава, как дрожит в укрытии заяц, как крадется по его следу лис. Он видел бегущий табун диких лошадей, а дальше, у самого горизонта – становище кочевников…
- Следи за полетом, - напомнила Темира, и послушный сын отыскал стрелу взглядом. Вовремя – на его глазах ее деревянное тело оделось плотью, покрылось перьями, стало сизокрылкой, каких тысячи летают в степи. И помчалось дальше, на восток, во много раз быстрее, чем способна любая птица.
Вот и само становище. Тууры. Не враги родного племени Мэля, но и не друзья. Даже не союзники.
- Мама, что я должен увидеть?
Темира не ответила, хмуро разглядывая стоящую у самого края юрту, вокруг которой кругами летала птица, сотворенная ее магией.
- Где опять эта девчонка? – пробормотала женщина. - Стоит отвлечься, как ее уже и след простыл!
Птица прекратила бессмысленное кружение и метнулась куда-то в сторону, в пустую степь, пока впереди не показалась фигурка маленького степного конька, на каких ездят дети кочевников.
Поводья коня были тщательно обмотаны вокруг вбитого в землю колышка, а чуть дальше обнаружилась и сама юная хозяйка. Девочка лет десяти, чернокосая и черноглазая, тонкой костью и порывистостью движений удивительно похожая на Темиру, шагала к белеющим вдали развалинам. С пояса свисал длинный охотничий кинжал, за спиной виднелся небольшой, на детскую руку, лук и колчан со стрелами. Шла девочка уверенно, как по хорошо известной дороге.
- Это ведь Наи? - растерянно спросил Мэль. - Я не знал, я думал, она погибла вместе с тобой.
- Если бы знал, попытался бы найти? – Темира покачала головой. - Не стоит. Девочке лучше там, где она сейчас. Ее взяла к себе хорошая семья, а у твоего очага еще нет хозяйки, тебе некуда привести ребенка.
- Все изменится, как только твоя смерть будет отомщена! Обещаю, я…
- Замолчи! – резко прервала его мать. - Замолчи. Твои слова – страшный грех. Не смей!
- Он это заслужил! – воскликнул Мэль.
