Когда они вошли в первую камеру, Вольный, уже в человеческом обличии, сидел на полу, обхватив голову руками. На их приход оборотень не отреагировал, даже не пошевелился, словно бы не услышал.
Арон остановился в некотором отдалении от пленника, кивнул Мэлю.
- Поговорим по-хорошему? - поинтересовался у оборотня полуэльф, осмотрительно встав на таком расстоянии, чтобы при рывке тот не смог его достать.
- Поговорим, - оборотень поднял голову и встретился с Мэа-таэлем взглядом. - Теперь без разницы.
Рассказ оборотня, назвавшегося Терраном, оказался прост и краток: витязи Гиты не вырезали его родной клан полностью, а многих захватили живыми, в том числе Террана и его семью. Под угрозой казни заложников заставили Волка принять имя раба Гиты и принести богине клятву верности. Он был не первым, кому это предложили, и видел, как поступили с семьями отказавшихся.
Узнав, что некоторые Вольные решили перейти под руку Тонгила, витязи Гиты приказали Террану и еще двоим, поставившим спасение родных выше чести, присоединиться к отряду. Жрецы Гиты наложили на них заклятия, обязавшие оборотней напасть на Тонгила сразу, как увидят. Жрецы опасались: если промедлить, то маг почует угрозу.
Приди Тонгил к Вольным после восхода луны, как предполагалось, у оборотней, на пике их силы, увеличенной жрецами, был бы шанс. Тогда остались бы живы их семьи. Но теперь, узнав о провале плана, слуги Гиты уничтожат всех...
- И ты поверил, что они не сделали бы этого в любом случае? - насмешливо поинтересовался Мэль.
- Они поклялись именем богини, - устало ответил оборотень.
- Гита - самая вероломная из всех младших богинь, - впервые за все время заговорил Тонгил. - Дословно выполняя клятву, она обязательно находит способ ее нарушить. Как именно звучало их обещание?
Оборотень посмотрел на человека, которого несколько часов назад пытался уничтожить:
- Они поклялись не убивать мою семью и отпустить всех на свободу, как только ты умрешь.
- Вот как? - Арон криво усмехнулся. - Они действительно могли бы отпустить твою семью на свободу - в глубину пропасти или посреди соленого океана. Ты ведь никак не оговорил безопасность родных? Нет? А еще жрецы Гиты любят накладывать заклинания, не убивающие прямо, но способные привести к медленной смерти от вполне естественных причин. Например, в сотни раз ускорив старение...
- Откуда ты можешь это знать? - недоверчиво спросил Терран.
- Так умер мой отец, - после паузы ответил Тонгил.
- Ты никогда прежде не рассказывал о своих родителях... - неуверенно начал Мэа-таэль, когда, закончив обход новых заключенных, они поднялись на башню. Маг пожал плечами, не глядя на него:
- Не самая приятная тема.
- Ты говорил, что осиротел рано, и детство у тебя было не из легких. И никогда не упоминал ни отца, ни мать - только учителя, который подобрал тебя в Киртском княжестве во время Синей чумы...
- Что еще я говорил о своем детстве? - пустым голосом спросил Тонгил.
- Да почти ничего, - полуэльф вздохнул, и, решившись, добавил. - Арон, ты последние дни на себя не похож. Что случилось:
Маг молчал очень долго, и Мэлю уже стало казаться: вовсе не ответит. Но тот отозвался - словно бы через силу, все так же смотря куда-то в сторону, будто разговаривая с проемом окна:
- Случился неудачный эксперимент. Очень неудачный.
- И...? - полукровка мог лишь с содроганием представить, что, по мнению мага, можно было счесть "неудачным экспериментом". Стоит только вспомнить, как, когда полгода назад вышедшая из-под контроля эмеаль Земли до основания разрушила южную башню, Тонгил лишь пожал плечами и назвал это "досадным побочным эффектом". Кстати, башню отстраивали до сих пор.
- Ты ведь не умираешь? - не выдержал Мэль.
- Нет, - маг хмыкнул. - С чего ты взял? У меня всего лишь провалы в памяти...
Глава 5.
- Провалы в памяти, - повторил Мэа-таэль, чувствуя, как становятся на место разрозненные части мозаики. - Почему ты не сказал раньше?
Маг тихо и совсем на себя не похоже вздохнул:
- Откуда я знал, можно ли тебе доверять? Я и сейчас...
- Ты меня три раза спасал, - проговорил Мэль, понимая: на человека, забывшего о прошлом, несправедливо обижаться, но жгучую обиду все равно чувствуя. - А еще я тебе должен жизнь брата. Арон, духами предков клянусь - я тебя не предам!
- Верю, - после паузы кивнул Тонгил.
- Что именно ты помнишь?
- Отрывки, - маг пожал плечами. - А иногда я не помню, а просто знаю... Мэль, у меня есть дети?
Полукровка вздрогнул от неожиданного вопроса:
- Ты это у меня спрашиваешь?!!
- Больше не у кого, - Арон криво улыбнулся.
- Ты никогда не упоминал... при мне, - полуэльф хмыкнул от мысли, пришедшей в голову следом. - От мальчиков детей не бывает.
Маг рассмеялся, на этот раз вполне искренне:
- Данный факт мне известен, о мудрейший из мудрых! Но разве это значит, что в моей жизни никогда не было женщин?
- Были, конечно, - признал Мэль, пожав плечами. - Но прежде отеческих порывов я за тобой не замечал. Хотя... - от внезапно появившейся идеи полуэльфу стало очень не по себе.
- Да? - полюбопытствовал Тонгил.
