– Наивный! – звонко рассмеялась девушка, вытирая кровь с лица. Она знала, как трудно ему сейчас сдерживать себя и не наброситься на нее в порыве гнева и безудержной страсти, разрывая в клочья ее одежду и нежную кожу, брать то, что, по его мнению, принадлежит ему, истязая несчастную пока не опомнится в последний момент. В такие моменты он растворялся в воздухе, сбегая от ненависти к ней и самому себе, присылая Аластера залечить ее раны, чтоб вновь нанести их уже следующей ночью. – Думал, запрешь меня здесь и изменишь свою судьбу? Нет, этим ее не изменишь! Ты сдохнешь! Пройдут века и она родится! Я передала ей дар! Я успела…
– Дура! – новый удар пришелся пленнице прямо в грудь. Из ее губ вырвался тихий стон, а вместе с ним тонкой струйкой потекла кровь, капая на грязное, порванное платье. – Ты могла бы жить вечно рядом со мной! Мойра? Мой… не смей умирать!
Он тряс ее в бессмысленной попытке привести девушку в чувства, но она умерла. Разнеся в щепки всю имевшуюся здесь мебель, мужчина вновь склонился над бездыханной возлюбленной и, разорвав зубами кожу на своей левой руке, влил ей в рот своей крови. Он надеялся, что этим он оживит Мойру, подарив ей вечную жизнь и превратив в демона, подобного ему самому. Он напрочь забыл о пророчестве. О ее пророчестве. Слепая ведьма с даром предвидения, как-то уже предсказывала ему, что кровь демона не подарит ей вечную жизнь, а лишь сожжет ее душу дотла. Это не позволит ей перейти в царство мертвых, и уже никому, даже Богу, не под силу будет вернуть ее к жизни ни в одном из существующих миров.
– Дис… – из приоткрытых белых как мел губ, сорвался ни то стон, ни то зов. Девушка открыла свои белые, ничего не видящие глаза, – Зачем?
– Глупая… Ты не умрешь! Ты нужна мне… – демон сгреб ее в охапку и прижал к себе с такой нежностью, что одинокая слеза скатилась по лицу несчастной. Эта странная связь, эта любовь, она всегда была взаимной, несмотря на дикую ненависть, с самого начала, с самой первой встречи.
– А помнишь… какими были мои глаза… до того, как ты выжег их? – улыбка, полная боли, озарила лицо Мойры. Душа, запертая демоном в ее теле, горела и билась в предсмертной агонии, несмотря на неподвижно лежащее тело в объятиях самого Хозяина.
– Конечно… Небесно-голубые, полные жизни и света, в них словно тонуло все живое, я помню… – голос его дрожал. Он вдруг вспомнил о злосчастном пророчестве, но надеялся, что она ошиблась. – Скоро они будут как прежде.
– Запомни эти глаза… – слабой рукой она провела по его лицу. Мойра никогда не ошибалась в своих предсказаниях, и в глубине души он знал это, – это ее глаза…
– Что? – Дис отстранился от девушки, вглядываясь в ее бледное лицо, но она уже вновь обмякла в его сильных руках. Как ни пытался больше демон вернуть ее к жизни, ничего у него не получилось. Никому не под силу вернуть сгоревшую дотла душу.
Мойра умерла навсегда, исполнив свое предназначение. Передав свой дар еще не рожденной девочке, у которой будет шанс на то, что не смогла она. Демон будет повержен. Жаль, не успела узнать когда. Жаль, не смогла сама и обрекла человечество еще на долгие годы мук под гнетом этого чудовища. Любовь зла. Злейший враг обернулся дорогим сердцу мужчиной, и она не смогла. Попав в плен, полюбила и еще больше возненавидела. Искренне желала смерти и не могла решиться. Зато смогла сбежать и передать эту возможность девчушке с огромными голубыми глазищами из ее видения. Теперь на ее плечах лежит ответственность за мир на этой скрытой от простых людей войне. Главное, чтоб и ее не постигла та же участь – попасть в плен своих чувств.
Погребальный костер горел всю ночь. Одинокая темная фигура сидела на коленях у самого огня. Казалось, сидящий вот-вот сам сгорит от этого невероятного жара, но огонь лишь облизывал одинокую фигуру, совсем не причиняя вреда. В эту глухую и темную ночь последние остатки света в душе, давно охваченной тьмой, погасли.
Яркое солнце стояло высоко в небе, освещая и согревая небольшой луг на окраине Жуткого леса. На траве, закрыв глаза от наслаждения, лежали двое молодых людей, парень и девушка. Парень иногда украдкой открывал глаза и поглядывал на свою подругу, сегодня она была особенно привлекательна – темные волосы, аккуратно заплетённые в тугую косу, слегка отливали синим, густая челка красиво обрамляла худое лицо и прятала аккуратненькие тонкие бровки. Одета девушка была просто, в светло коричневую рубашку с закатанными до локтей рукавами, на которой никогда не застегивались три верхние пуговицы и в темно зеленую юбку в пол расшитую бисером, которая сейчас выгодно выделялась на фоне сочной молодой травы. Сам же молодой человек был одет не намного лучше своей спутницы – белая рубашка и коричневые брюки, подвернутые почти до колен.
– Хватит пялиться Тодор. – улыбнувшись, уколола друга брюнетка.
– Милана, а каким ты видишь свое будущее? – Тодор повернул свою голову к девушке и открыто посмотрел на нее.
