– Пфэ. Я тебя не боюсь. Скорее, бояться нужно тебе. Подумаешь, пришла позже положенного, что такого?
– Мне? Тебя? Девочка, ты слишком зазналась!
– Если я так не нравлюсь, то милости прошу на выход. Либо Вы можете искать другого наемника, который согласится на это дело. Но мисс, вряд ли здесь найдется такой же псих, как я, согласный на такое опасное дело. Повторюсь. Либо выкладываете свою просьбу полностью, либо разворачивайтесь и уходите.
– Дрянь, – фыркнула заказчица, все же доставая из кармана весомый мешок с золотом и кидая его в сторону Синей. – Вот. Это аванс. Получишь больше, если принесешь мне Рубин Редрис.
– И это все?.. – девушка даже не взяла мешок в руки, она достала из ножен ножик и разрезала мешок из которого посыпалось золото. – Мои услуги стоят куда больше.
Кажется, выкрутасы Синеглазой разозлили даму очень серьезно. Сначала та опоздала, потом бесцеремонно уселась за столик, а теперь сообщает, что за работу берет больше нужного! Стол опрокидывается, а эльфийку вырывают за горло из ее же стула и вжимают в пол. Человеческая рука покрывается чешуей, появляются когти, которые все сильнее сжимают горло девчушки. Рука начинает накаляться и появляется жгучий жар, который обжигает кожу синей эльфийки, заставляя ту поморщится от боли.
– Проклятье не сказки? – интересуется та, выговаривая еле-еле каждое слово, так как удушье становится сильнее, перед глазами все плывет и сознание мало-помалу начинает покидать. Никто в зале даже не обратил внимание на происходящее: здесь каждый сам за себя. И даже если начнется в комнате война, никто не поднимет свой кинжал из ножен, не будь на то веской причины.
– Да что ты знаешь о проклятье? – шипит женщина, убирая руки. – Если не принесешь мне этот проклятый Рубин, я с тебя шкуру сниму. Мне плевать, кто ты, будь ты хоть трижды шикарной воровкой и дважды красивой на вид – плевать. Не достанешь – зарою, да так глубоко, что тебя никто не поднимет.
Женщина испаряется во тьме. Синяя даже не видела, каким образом та ушла – лишь закуталась в свой плащ да исчезла во тьме. Что ж, это обычное явление для заказчиков. Они почти все скрытные и все на понтах, думая, что наемник будет выполнять каждое их желание за деньги. А впрочем. Так ведь оно и есть, верно? Синяя подбирает мешочек и разлетевшиеся деньги, которые выпали из мешочка при падении, затягивает узелок потуже и, вздыхая, садится за стойку перед еще одним трактирщиком.
– Ну и заказчик… – бубнит себе под нос что-то старик, наливая в кружку эль. – За счет заведения, Синяя.
– Это как жалость за то, что мой заказчик – проклят? А впрочем. Дареному коню в зубы не смотрят, благодарю.
Она мигом осушает кружку с элем, на ее лице вновь появляется хитрая улыбка, и теперь трактирщик узнает в эльфийке прежнюю наемницу: все ту же хитрую чертовку.
– Повтори, – говорит та и откидывает старику пару монет из вырученных денег.
Когда наемница села за стойку бара к ней молча, не задавая вопросов, подсел слева от её плеча очередной наемник, который был очень даже хорош собой.
– Тоже, что и даме, пожалуйста. – Прозвучал шипящий змеей голос и на стол легло несколько монет.
Когда к девушке подсели и заговорили достаточно необычным голосом, она даже не дрогнула. Здесь достаточно обычно то, что рядом с тобой за стойку садиться нечто шипящее, не говорящее, жгучее или вопящее. Словом, существо, что село рядом с Синеглазой, не разу не заставило повернуться в его сторону и сказать: «Вау! Он необычный!». Хотя то, что он заказал то же, что и налили даме, слегка ее смутило. Обычно, когда так заказывают, означает, что к тебе сейчас начнут клеиться или затевать какой-нибудь разговор. Поначалу эльфийка решила, что существо, севшее рядом, очередной бродяга, который не знает, что подкатывать к ней чревато шестью переломами. В принципе, это и вышло. Парень тут же приобнял девушку за талию и стал нести несуразный бред по типу «давай прогуляемся до очередного заказа». За такое действие парень быстро был опрокинут на стол и девушка быстро прижала к его затылку свое колено, давя вниз, а руку завела за его спину, сильно притом сгибая, до хруста. Парень выл, ныл, пытался отбиться, но все тщетно. Шесть переломов не сделала, но руку вывихнула. Эльфийка отпустила бедного парня и тот, плача, выбежал прочь из нижнего этажа таверны. Синеглазая лишь пожала плечами на косой взгляд трактирщика.
– Знаешь его? – поинтересовалась дама, садясь обратно, как ни в чем не бывало.
– Нет, Синеглазая, впервые вижу, – ответил ей старик, протирая стакан.
