-- Она прошла обряд темных, учила их заклинания, - кивнул Велиамор. - Силой она равна многим полукровкам. Но она может использовать только черную магию.
-- Можно как-то отнять у нее эту способность? - Николь хотелось бы навсегда лишить Еву магических способностей, а еще лучше вообще избавить от нее мир.
-- Для этого нужно ее собственное желание, - ответил маг. - Насильно невозможно очистить ее от темной крови. Она должна навсегда отказаться от мести, ненависти, зависти.
-- Она не захочет, - вздохнула девушка, вспомнив свой недавний разговор с пленницей. - Если бы Кристиан любил ее, тогда, возможно. Но теперь она стала еще хуже.
-- Она любит его по-своему, и ее силу питает злость, как и вашу, - Велиамор посмотрел на нее.
-- В такие моменты я забываю обо всем, словно это вообще не я, - девушка виновато посмотрела на собеседника. - Думаете, я могу кого-нибудь убить?
-- Думаю, нет, - ответил маг.
-- Но я иногда думаю об этом, - честно призналась Николь.
-- Эльфы не умеют злиться, а люди умеют, - ответил мужчина задумчиво. - Невозможно предугадать, каким талантом будет обладать ребенок от такого необычного союза. Магией эльфа, подвластной эмоциям человека, или эльфийской мягкостью и добротой в сочетании с твердостью характера и способностью принимать сложные решения.
-- По-моему, у меня первое, - Николь не могла вспомнить каких-нибудь своих сложных решений.
Маг улыбнулся.
-- Вы давно живете, - девушка посмотрела на него. - Вы знаете, кто были мои родители? Хотя бы что-то?
-- Если то, что рассказала мне Ниониэль, правда, вы потомок рода Лонвал, - ответил Велиамор. - Хотя теперь я верю в это и без доказательств.
-- Почему? Моими предками могли быть какие угодно эльфы, - Николь улыбнулась, представив себе этих прекрасных созданий, к которым теперь имела отношение.
-- Но только девушка из рода Лонвал так отчаянно полюбила бы Кальтбэрга, - ответил маг с улыбкой.
-- Неужели такое возможно? - она покраснела, взглянув на спящего мужа. - Почему?
-- Чтобы снять проклятье, - объяснил Велиамор. - Не эльфы наложили его, но они позволили своим дочерям попробовать снять его. Две погибли, пытаясь сделать это, и только у вас получилось.
-- Это все так странно, я ничего не понимаю, - Николь искренне радовалась, что им с Виктором не грозит повторение судьбы их предков.
-- Королева эльфов, Алия, отдала Грегори Лонвалу их дочь. Она отдала своего ребенка, зная, что в Холоу ее вряд ли ждет хорошее будущее, но только так она могла помочь людям, - Велиамор вздохнул, не из рассказов зная всю эту печальную историю. - Если бы второй сын Валиуса, Тибальд, был хоть вполовину такой как Виктор, проклятие было бы снято уже тогда.
-- Он был злым? - Николь была достаточно наслышана о Тибальде и Максимилиане Кальтбэргах.
-- Он был вторым сыном Валиуса. Ему не достался бы трон Вандершира, и отец решил женить его на дочери Грегори, Дарии, - рассказывал Велиамор. - После смерти Грегори трон Холоу перешел бы ему. Но Дария умерла при родах, а Грегори был еще жив и достаточно молод, чтоб дожить до совершеннолетия внука, Максимилиана. Тибальд оставался не у дел. Тогда он впал в отчаяние и вел весьма разгульную жизнь.
-- Дария была дочерью эльфийской королевы? - Николь очень увлекла история предков, которую она не знала так подробно.
-- Нет, ее младшая сестра, Алия, названная так в честь матери, - ответил маг. - Грегори не пожелал выдавать ее за Тибальда, она вышла за эльфа.
-- Но как тогда Кальтбэрги погубили ее, все же хорошо сложилось? - Николь знала, что и тут плохой конец.
-- Это время было для нас благоприятным, - Велиамор вспомнил, как сам был еще юным и наивным в те годы. - В Вандершире королем стал Влад, дед Виктора. Он был добрее и мягче брата, я смог повлиять на него и магия вернулась в Вандершир. А с Холоу мы заключили союз. Но, к несчастью, не только я стал советником. В Холоу обосновался Лоакинор. Он стал советником Тибальда после смерти Грегори.
-- Ох, это звучит зловеще, - Николь поняла, почему Кальтбэрги из Холоу так отличаются от вандерширских. Одним достался в советники белый маг, вторым темный.
-- Но Грегори не умер своей смертью, его убили, а в убийстве обвинили эльфов, и муж Алии был казнен, - Велиамор отвел взгляд, с тяжелым сердцем вспоминая, как благоприятные дни сменились гонениями и казнями. - А она стала любовницей Тибальда. Через полгода она умерла, родив девочку.
-- А кто был отцом? - Николь похолодела, представив себя на месте Алии.
-- Я не знаю, но, судя по тому, что случилось потом, эльф, - ответил маг. - Дария, названная в честь тетки, была вылитая мать, златокудрая красавица. Тибальд и Максимилиан больше походили на своих вандерширских родичей, черноволосые и кареглазые.
Велиамор взглянул на спящего короля. Николь на свои волосы.
