Почти у всех свои задания. Построение определено заранее и его трудно сбить. Мы уверенно продвигались к дворцу, стараясь как можно меньше проливать кровь. Из-за того, что ситуация не критическая, в бой не вмешивались ни я, ни бабушка, ни Карл, ни даже Олег, приставленный ко мне почти как личный телохранитель. Несмотря на поддержку Лайори и даже присутствие моей бабушки, крики о том, что я самозванка звучали настолько уверенно, что у меня в душу начали закрадываться сомнения. Неужели они настолько не хотят видеть на троне королеву, что просто отвергают возможностью существования принцессы? Но ведь я знаю, что она жива. Пусть это не я, но я знаю точно.
Тут и там падали люди, кто с травмами, кто замертво. Наши целители работали слаженно, быстро утаскивая раненых с поля боя. Я мало чем могла помочь, но, тем не менее, бралась врачевать легкие травмы, когда не хватало рук. Пока мне не стоило вмешивать в сражение, я была просто символом. Карл отдавал приказы, то и дело обсуждая со мной положение дел.
— Я не могу понять, почему они так сражаются за узурпатора? — вдруг задал вопрос принц Лайори. Значит, не одна я заметила.
— Скорее всего, они просто боятся потерять свободу, — пожала я плечами. — Они ведь меня совсем не знают.
— А разве они не боятся тех монстров, которые ходят к ним в гости? Кажется, они намного страшнее тебя. Я видел парочку таких. Правда, уже давно…
— Видимо нет.
— Знаешь, мне кажется, что он просто держит их всех под контролем. Он же это может, я прав?
Валерия Анатольевна, услышав нашу беседу, попросила перевести. Узнав, о чем речь, высказалась:
— Ему слабо держать такую толпу, просто они изначально глупые. А он сейчас, небось, отсиживается где-то в замке и даже в ус не дует, пока другие отдают за него свои жизни.
Я огляделась, осматривая пока еще не освещенный солнцем город. Деянира я заметила только, когда сильно напрягла зрение. Он стоял на одной из крыш, наблюдая за ходом сражения. Такой надменный и спокойный, как будто все в его руках. Мне показалось, что я отсюда чувствую на себе взгляд его магнетических глаз.
— Олег, глянь, пожалуйста! — попросила я оборотня, когда заметила знакомую фигуру рядом с самозваным королем.
От увиденного меня даже бросило в пот, потому что я осознала, какой фатальный просчет совершила. Но план действий созрел тут же, когда я поняла, в чем причина глупого упрямства горожан.
Что она там делает? Хрупкая фигура Астрид, стояла на ветру с развевающимися хвостиками.
Она смотрела на все неуверенно, будто и не зная, насколько правильно поступает. Олег за моей спиной зарычал:
— А она что там делает?
— А ты догадайся, — предложила я усмехаясь. — Олег, мне надо оказаться там, — предупредила я его, сразу вызывая волну протеста у моей бабушки и всех, кто оказался рядом.
Из строя в этот момент вылетел раненный Витька, напросившийся с нами. Живой, но согнулся от боли напополам и едва сдерживал слезы, закусывая губу.
— Мне надо! — прервала я все дебаты. — Мне надоела эта бессмысленная трата времени и игра на чужие жизни. Это мой бой, и он не закончится, пока Я не расставлю все запятые над и краткой!
Бабушка, поджав губы, молчала, Карл не понимал о чем речь, но насторожился.
— Ты мне доверяешь? — спросила я Олега, глядя ему в глаза.
Он подал мне руку, я взялась за нее и сразу же оказалась на крыше напротив узурпатора.
— Ты все же пришла, — довольно хмыкнул Деянир, пытаясь меня загипнотизировать.
— Я хочу прекратить бессмысленное сражение, — сказала я, в то время как Олег скалился на Астрид, безмолвно стоящую рядом. Да сами виноваты, все же знали, что ее брат сторонник Деянира. Не послушали в академии, пригрозили расправой, куда она пошла? Естественно!
Здесь было ветрено и совсем не так, как внизу. Все крики казались чем-то диким не здешним, заглушаемые только пением ветра, срывающего всю наигранность со своих гостей.
— У меня есть хорошая альтернатива для тебя: ты соглашаешься стать моей женой, а я говорю всем, что ты действительно принцесса и тебя просто хотела подставить соратница Мирослава, который использовал тебя.
Я смотрела на его ехидный взгляд, только краем глаза отмечая, как неуверенно дернулись в немой обиде голубые глаза Астрид. Она хотела что-то сказать, но понимала, что ее просто предают, меняют на более ценную фигуру. С ее губ сорвалось только:
— Ты же говорил, что любишь меня… Брат не простит…
— Я не согласна! — резко прервала я.
По любви. Это ужаснее всего. Она пришла сюда даже не сдать меня, просто за поддержкой, иначе бы рассказала все намного раньше. А он вскружил ей голову, выпытал секреты.
Мне стало ее безумно жалко, потому что я понимала, на что можно пойти ради любимого человека. И, тем не менее, безумно страшно за то, что ей придется отвечать по счетам. Пусть лучше она не услышит того потока грязи, который инкуб сейчас может ей рассказать.
— Почему? — спросил он, ловко бросая мне красную розу, которую я поймала левой рукой. Без магического фона, пронесло. — Разве не…
