Поднимая голову от думоотвода, Анабелла едва ли замечает, что в комнате что-то изменилось. Беспалочковым заклинанием она убирает занавеску от окна и встает на его фоне, раскинув руки. Лампа в комнате гаснет, и в свете уличного фонаря Анабелла, даже при маленьком росте, выглядит устрашающе. Потоки магии обвиваются вокруг нее, распускают волосы, халат соскальзывает вниз, обнажая стройное крепкое тело. Язык, на котором она произносит заклинания, певуч и приятен, и только темная энергия, наполняющая комнату клубами черного дыма, и старательно обходящая меня, выдает характер колдовства.
Что ж, это не лишнее – проклясть его, думаю я. Особенно если она догадалась, кто это. Хотя, он ведь не оставляет следов. Он все продумывает. Черт!
Стой! Анабелла, стой! – кричу я, выплескивая силу. Голубые потоки волнами устремляются к темной клубящейся массе, сминают ее рисунок, и тут же, превращаясь в настоящую воду, окатывают нас ледяным дождем. Я бросаюсь к шатающейся Анабелле, хватаю ее, пытаясь устоять на ногах и одновременно утихомирить магию. Вытаскиваю Анабеллу в гостиную, здесь на полу – тоже вода, и, кажется, она продолжает прибывать. Перестарался...
Голая Анабелла забирается на диван с ногами и ржет, пока я торопливо пытаюсь расправиться с водой. Такого выплеска у меня еще ни разу не было. Вода расступается передо мной, но нужные заклинания все никак не приходят на ум. Да и знал ли я их? Что ж, как вызвал магию стихии, так попробую и убрать. Встаю посреди гостиной, закрываю глаза, раскидываю руки и, представляя сухой пол, отдаю себя непонятно чему. И тело вдруг само начинает творить: руки, ноги двигаются, подчиняясь рисунку какого-то безумного, но отчего-то я знаю, что правильного, единственно правильного в это мгновение танца, а с языка срываются непонятные, будто давно забытые, но неожиданно вспомнившиеся древние слова. Ощущение невероятного могущества накрывает меня, я словно плыву в каком-то облаке, и мне не хочется уходить из него. Но у колдовства обязательно должен быть конец. Выныриваю из облака и оказываюсь в гостиной. Я в совершенно сухой одежде, в камине пылает огонь, в комнате – чисто и светло, и только голая Анабелла таращится на меня в немом изумлении.
Хорош, - говорит она наконец, опомнившись. – А я-то думала, что в тебе ничего особенного нету. Мальчишка и мальчишка.
Ничуть не стесняясь, она слезает с дивана и уходит в ту комнату, где стоит телевизор. Спустя минуту Анабелла возвращается, завязывая на ходу халат. Думоотвод плывет перед ней по воздуху.
Можешь забрать свои воспоминания. Зачем ты остановил меня? Я бы прокляла эту тварь!
Если он знает тебя, он наверняка предусмотрел это.
Снейп, мое колдовство остановить невозможно, - говорит она высокомерно, делаясь очень похожей на Блейза.
Он может приказывать без Империуса. Он мог приказать тебе все, что угодно – например, в случае если ты его проклянешь, обратить твою магию против себя самой.
С трудом верится, что такое возможно.
Я и сам не знаю, что плету. Просто в тот момент это казалось логичным. А теперь приходится изобретать оправдания собственной глупости. Если только это не гений моей интуиции, конечно.
И что ты предлагаешь с ним сделать, если я не могу его проклясть? Как ты собираешься его наказать?
Убить, когда найду.
То есть ты понятия не имеешь, где его искать.
Пока нет, но ты мне можешь в этом помочь.
Как? – бросает она, задыхаясь от злости. – Как будто я действительно что-то могу! Этот ублюдок прикоснулся к моему сыну, а я не могу его даже проклясть!
Для начала ты можешь одолжить мне домового эльфа, чтобы он присматривал за Блейзом и мальчишкой Поттером.
Для начала, - она садится на диван, выставляя из-под халата худые ноги, и затягивается вонючей маггловской сигаретой. Прицельным потоком магии я вышибаю ее у нее из рук. Сигарета падает на пол и исчезает, оставляя крошечный темный след на паркете.
Так. Это что-то новенькое, - Анабелла достает, наконец, из кармана палочку и проверяет какие-то чары. Потом, судя по движениям, снимает их. Вздыхает. – Что ты еще придумал?
Я?
Ты. Кто же еще?! Беспорядок ему, видите ли, помешал! Портрет отца-то выносить на улицу зачем было?
На секунду мне кажется, что она сошла с ума. Но, следуя движению ее руки, я оглядываюсь и нахожу, что на месте закрытых холстом портретов теперь обычные обои. То есть я что, просто взял и убрал отсюда все, что меня не устраивало? На столике перед камином стоят чайник и две чашки с дымящимся чаем. Ничего себе! Я, что, дорос до магии, доступной Альбусу?
Сама же говорила, что он тебе мешает, - пытаюсь говорить с вызовом, но все еще чувствую себя не в своей тарелке.
Анабелла вздыхает.
– Был бы он жив, я б его убила. Еще раз, - говорит она. – А так – он иногда даже советы дает. Нужные.
Я смотрю на нее во все глаза.
Будто бы ты этого не знаешь, Снейп?! – восклицает Анабелла. – Сам же мне рассказал про проклятье болотной гнили.
