— Почти моментально. Перебраться в нужное измерение — словно шагнуть за дверь, если знаешь, как это сделать. Я знаю короткий путь. Он запрещён, но не охраняется. Если другой дорогой, то добираться придётся пару дней. Давайте отправимся туда с утра, а к вечеру вернёмся.
— Хорошо. Но я не знаю, что у вас носят женщины, буду там выглядеть белой вороной.
Нит улыбнулся.
«Ория, даже в этой пижамке с пингвинами ты будешь выглядеть лучше, чем все женщины нашего мира вместе взятые» — подумал он.
— Не переживайте. Утром раздобуду вам подходящее одеяние, а сейчас отдыхайте, пусть вам снятся только прекрасные сны.
Сны у Ольги в эту ночь и впрямь были приятными.
Подождав, пока девушка уснёт, Нит переправил своих пленников в Белаторию.
Поступил он привычно просто, связав их одной верёвкой, под предлогом того, что выведет их отсюда только в таком порядке. Едва они выбрались из серого измерения, он моментально открыл портал в свой мир. Так что, одной ногой ступив на асфальт родного города, другой они уже были в рабстве.
Поскольку прибыли парни в Белаторию ночью, то почти не удивились, что их определили в какое-то странное помещение, больше похожее на барак, где накормили (еда оказалась вкусной, но немного непривычной, такую они пробовали впервые) и выдали простую одежду. Ангел (а они считали, что он именно ангел), который пленников сюда привёл, велел не бузить.
— Если надумаете возмущаться или бежать, вам же хуже, окажетесь там, где провели предыдущие сутки, навсегда, — сказал он. — Только я к вам больше не приду, так что без еды и питья вы долго не протянете.
Они и не ожидали, что, проснувшись утром, обнаружат себя «в Раю».
Белатория действительно напоминала то место, которое люди называют Раем: чистейший воздух, ароматные цветы, люди, летающие наравне с птицами…
Вот только оставались они там недолго.
В Белатории оттого и красиво, что всё, что необходимо, производится в других измерениях. А ночное освещение гарантирует магия, которой владеет каждый житель в той или иной мере. Другими словами, если белатор хочет пройти по тёмной улице, ему не нужны фонари, он просто, щёлкнув пальцами, разместит в воздухе множество ярких огоньков. И само собой, чем сильнее его магия, тем светлее улица, по которой он идёт.
Для того, чтобы кипела жизнь в поместьях, достаточно несколько работников низкого ранга, которые обучены открывать порталы, и конечно же, деньги.
В этом «Раю» всё оказалось таким же, как и везде. Разделение на богатых и бедных, праздно живущие и работающие в поте лица…
18.
Утром Ольга увидела на стуле роскошный наряд. Нежный, струящийся шёлк платья украшала замысловатая золотистая вышивка.
«Да, такой с кроссовками не наденешь! Нужно попробовать надеть его с босоножками!» — подумала она.
Нит словно прочёл её мысли.
Он достал из-за спины симпатичные туфельки.
— У нас обувь из этого измерения не носят, поэтому ваша может вызвать ненужные вопросы, лучше примерьте это.
— Ух ты, впору! Как вы угадали мой размер?
Парень лишь пожал плечами в ответ, мол, случайно вышло.
На самом деле он брал её обувь с собой, чтобы можно было, приложив к выбранной паре, сориентироваться. Поскольку, сам ничего не понимал в женских нарядах, помогала ему одна из наложниц отца. Вводить женщину в курс дела он не стал, но та и сама очень быстро сообразила, что у хозяйского сына, обычно не интересующегося дамскими прелестями, наконец-то, завелась девушка.
А когда он приобрёл всё самое лучшее, заплатив за это огромную сумму, она поняла, что не просто девушка, а любимая. Иначе парень не стал бы выбирать столь тщательно то, на что обычно не обращал ни малейшего внимания.
Наложница мило улыбалась, обещая никому не рассказывать об этом, но едва Нит ушёл, тут же побежала к своему хозяину.
— Наконец-то. Неужели мальчик вырос? — только и сказал господин Морэн.
Он полагал, что это подарок для кого-то из их мира. Если для достойной девушки — отлично, если для бескрылой белаторки, тогда она сможет стать наложницей, тоже не страшно.
Дети, родившиеся от наложниц, имели право на фамилию отца, окажись малыши крылатыми, но, если крылья не вырастали, они жили в поместье, как прислуга, лишь одно их отличало от обычных слуг, на ночь они не возвращались в другие измерения, куда давно отселили всех бескрылых. Оставаться жить в «Раю» было их привилегией, но взамен их лишали возможности продолжать свой род.
Просто отправить за пределы Белатории, не лишая детородной функции, как прочих бескрылых, этих детей было нельзя, слишком ценная кровь текла по их жилам.
Отец и не предполагал, что избранницей сына окажется одна из тех, кто по происхождению годился лишь в рабыни, та, кому путь в «Рай» заказан.
Нит решил, что он перенесёт духовную капсулу Ории в какую-нибудь безродную белаторку, сделав после этого её своей наложницей.
Против этого никто не скажет ни слова.
Даже если позже не получится использовать кого-то из дочерей знати для того, чтобы, женившись, перенести капсулу его возлюбленной в новое тело, она хотя бы будет бессмертной.