К тому моменту, как она наконец добралась до места, ей даже удалось уговорить себя, что так лучше: Марк совершенно не умел сочувствовать чужим людям. Она уже представляла, как он в очередной раз представился бы несчастным родителям погибшего подростка «магом» и «посланником Вселенной» и давил на психику. Вдобавок как бы ни была ей противна вся эта затея, она позволяла отвлечься от мыслей о пугающих видениях и странном совпадении елочных игрушек.
Глубоко вдохнув, Рита решительно нажала на кнопку звонка. За дверью послышалась переливчатая трель, приглушенная толстыми стенами старого дома. В таких домах, построенных еще в позапрошлом веке, во времена царской России жили богатые люди, которые хотели комфорта и тишины, а потому озаботились хорошей звукоизоляцией и не экономили на материалах. Это уже потом их шикарные квартиры превратились в коммуналки для толп пролетариата, не имевшего нормального жилья.
Долгое время в квартире стояла тишина, а затем дверь распахнулась так неожиданно, что Рита вздрогнула. Она даже не услышала, как к двери подошли. На пороге показалась молоденькая девушка в спортивных штанах и растянутой футболке, перепачканной чем-то серым.
— Добрый день, — вежливо поздоровалась Рита. — Я к Авдеевым. Они здесь живут?
— Ага, — кивнула девушка, развернулась и направилась вперед по темному коридору.
Рита расценила это как приглашение войти, поэтому захлопнула за собой дверь и поторопилась следом, на ходу расстегивая пальто и мельком оглядываясь по сторонам. Да, время в этой квартире словно остановилось. И не двадцать лет назад, а минимум шестьдесят: под очень высоким потолком светилась всего одна тусклая лампочка, зато все стены были увешаны длинными шнурами, ведущими электричество в каждую комнату, тазами, ведрами и даже велосипедами. В коридор выходило восемь деревянных дверей, покрашенных в белый цвет. Открыта оказалась только одна — она вела на кухню. Конечно же, с несколькими доисторическими плитами и оборудованной в самом дальнем углу печкой. Едва ли здесь все еще топили дровами, но как воспоминание о прошлом она осталась.
Девушка привела Риту в самый дальний конец коридора и распахнула дверь. Комната оказалась небольшой, узкой и длинной, заканчивающейся большим, но грязным окном. Здесь совсем не было мебели, зато ремонт шел полным ходом. Старый паркет был застелен газетами, а молодой парень с еще одной девушкой сдирали со стен обои.
— Машка, это к тебе, — возвестила встретившая Риту девушка.
Машка, на вид не старше свой подруги, с интересом обернулась к Рите.
— Вам чего?
— Я ищу родителей Ивана Авдеева, — после секундной растерянности сказала она.
— А я уже перестала, — неожиданно расхохоталась девушка. — Но если они вам так нужны, поищите по подвалам. — Видя недоуменный взгляд гостьи, Маша добавила: — Алкаши они, бухают где-то с собутыльниками. Я их с сентября не видела. Может, и подохли уже.
Рита приподняла брови от неожиданности. Да, этих родителей Марк едва ли мог расстроить своей бестактностью.
— А вы кто? — вежливо спросила она.
— А я их дочь, — пожала плечами девушка.
Маша не выглядела подавленной смертью брата, и Рита подумала, что она может не знать о ней. Конечно, это казалось ей маловероятным, но она все же решила уточнить.
— Маша, вы знаете, что произошло с Иваном?
— Ага, — та радостно кивнула головой.
Наверное, Рите уже стоило понять кое-что об их отношениях, однако подобное поведение никак не укладывалось в ее систему мира.
— Я сочувствую вашей утрате.
Маша вдруг нахмурилась, сложила руки на груди и посмотрела на нее.
— Вы кто вообще?
— Я социальный педагог школы, где учился Иван, — выдала Рита придуманную заранее ложь. Вам должен был звонить директор.
Молодые люди переглянулись.
— Небось опять Степановна трубку сняла и ничего не передала, — хмыкнула девушка, которая открывала Рите дверь.
— Тогда, как социальный педагог, вы должны неплохо знать моего братца и уж точно не сочувствовать моей утрате, — добавила Маша.
Рита поняла, что ложь нужно срочно исправлять.
— Я совсем недавно работаю, — пояснила она. — Еще не успела познакомиться со всеми учениками. Меня просто послали сюда, поскольку ваш брат погиб, и я должна выяснить состояние его семьи.
