Затем он продолжил свою историю: в царящем хаосе эльфы, потерявшие всех своих лидеров, схватили Камешка, не дав ему сбежать. Генералы Локьена строго наказали его за то, что он был так «неосторожен» во время сражения. Через несколько дней его отправили на секретную эльфийскую базу в Новом Орлеане. Там объявился новый лидер местной группы эльфов. И они планировали что-то грандиозное. Нечто ужасное. Камешек снова и снова повторял слова «ЗЛОДЕЙСКИЙ ЛЕГИОН».
– АБСОЛЮТНАЯ СМЕРТНОСТЬ, – сказал Камешек, когда я попросил его уточнить. – ВСЕОБЩЕЕ ИСТРЕБЛЕНИЕ.
– Как скоро это может произойти? – спросил я.
– ТРИ НЕДЕЛИ, – мрачно ответил Камешек. – СПЕКУЛЯЦИОННЫЕ ИНСИНУАЦИИ. МОЖЕТ БЫТЬ, ЧЕТЫРЕ.
Три недели? Самое большее – месяц? По словам Камешка, эльфийская фракция в Новом Орлеане, возможно, находилась всего в одном месяце от выполнения плана, который мог привести к глобальной смертельной катастрофе. Мой желудок не находил себе места, когда я задал троллю ещё несколько вопросов.
Но больше подробностей узнать было проблематично, потому что Камешек признался, что и сам почти ничего не знает. Он был всего лишь пленником, а не доверенным эльфийским сообщником. Его дни в Новом Орлеане проходили в основном в тёмной камере с другими заключёнными. Многое из того, что он узнал, было просто слухами, полученными от других пленников. На самом деле, после перевода в Новый Орлеан он и другие заключённые были почти забыты. И только когда стражники в один прекрасный день просто перестали их кормить (день, который в конечном итоге превратился в целую неделю без еды), из чистого отчаяния они разработали план побега, опасаясь, что в противном случае умрут с голоду.
Но как бы то ни было, Камешек был уверен, что планы этой новой эльфийской фракции будут иметь ужасные последствия для всех нас: людей, гномов, троллей и всех других вновь появляющихся существ.
– Эдвин Алдарон, – наконец сказал я. – Ты его знаешь или помнишь? Сын Локьена?
Камешек решительно покачал головой.
Странным образом моё явное разочарование от того, что я не получил никаких зацепок, отчасти было успокаивающим, поскольку это подтверждало рассказ Эдвина о том, что он действительно не знал всей правды о сомнительных действиях своих родителей (таких как похищение моего отца и удержание его в плену).
– Значит, ты не знаешь, является ли он лидером этой новой эльфийской фракции в Новом Орлеане?
– НЕВЕДОМО, – согласился Камешек. – КОММАНДЕР АНОНИМ. СПЕКУЛЯЦИИ НАМЕКАЮТ НА ЮНОСТЬ.
От волнения у меня перехватило дыхание.
Вполне возможно, что Камешек говорил об Эдвине. Часть меня всё ещё отчаянно надеялась, что это не так, учитывая рассказ Камешка о планах эльфов, если, конечно, он был правдой. Трудно было представить себе, чтобы Эдвин организовал что-то такое, что привело бы к всеобщему истреблению, как выразился Камешек.
Я вздохнул.
– ГРЕГ ОЗАБОЧЕН НЕВРОТИЧЕСКИМ РАССТРОЙСТВОМ ОТЦА? – внезапно спросил Камешек.
Я резко вскинул голову. Он посмотрел на меня сверху вниз, и в его чистых чёрных глазах отразились беспокойство, сочувствие и ожидание.
– Ты слышал, о чём я говорил с Ари? – поинтересовался я.
Камешек кивнул:
– ГРЕГ В СМЯТЕНИИ.
– Да, можно и так сказать, – согласился я. – А настоящая проблема в том, что я понятия не имею, как ему помочь.
Именно тогда Камешек открыл свою вторую шокирующую истину:
– КАМЕШЕК ПОСТАВИТ ДИАГНОЗ, – спокойно сказал он. – КАМЕШЕК ПОМОЖЕТ.
Ари появилась около полудня следующего дня, чтобы потусоваться с Камешком, пока я буду на дневном заседании Совета.
Я должен был присутствовать там по двум причинам:
1. Мне нужно было узнать, что Совет решит насчёт Камешка. Сможет ли Иган каким-то образом убедить их не запирать комнату тролля, чтобы он не чувствовал себя пленником, и таким образом помочь мне сдержать обещание?
2. Мне нужно было убедить Совет послать меня и небольшую армию в Новый Орлеан, чтобы спасти моего отца и спасти мир, не обязательно в таком порядке.
Хотя большинство заседаний были публичными и на них мог присутствовать любой желающий, однако далеко не каждому гному позволялось говорить перед Советом и старейшинами. Для этого существовали определённые процедуры: если вы хотели осветить новую тему, вам нужно было записаться на специальное заседание. Эти заседания проводились лишь раз в две недели.
Но, к счастью для меня, мой отец был не просто старейшиной, а легендарным старейшиной. К тому же мой хороший друг теперь член Совета. И у меня были гораздо более близкие отношения с Данмором, олдерменом Совета, чем у большинства гномов. Суть в том, что определённые связи способны помочь вам стать исключением из правил.
