Дворяне… Ну, что дворяне? Всё останется при них. Правда, теперь нужно будет осторожнее высказываться по поводу неожиданно сменившихся во дворце действующих фигур и попытаться прощупать эти фигуры на предмет лояльности к себе. Но до этого надо еще суметь дожить. Одно будет радовать - простой люд воспримет новшества если не с равнодушием, то со спокойствием, впечатлившись закономерной гибелью узурпатора и тем, что корона теперь на голове у «святого» Касима.
А вот что касается магии, тут все окажется гораздо сложнее. Дар начнет менять потоки, и энергия будет выплясывать джигу, не считаясь ни с погодой, ни со временем суток. Огневики вдруг обнаружат, что не каждый раз у них получается поджечь даже простую свечу. Воздушники неожиданно получат возможность создавать воздушные артефакты, а сами артефакторы спешно будут переучиваться и засядут за учебники алхимии и естествознания. Зато мастеровые всех рангов и чинов, как простые, так и не очень, воспрянут душой. Уж они-то будут в фаворе – спрос на обычную, немагическую, механику возрастет до невиданных высот. Хуже всех ситуация сложится для ментальных магов. Сила воздействия на разум живых существ снизится до уровня обычного восприятия чувств и эмоций - иными словами, до простой эмпатии, а в таких условиях можно ли мечтать о былой власти?
Зато расцветут храмы. Они быстро подстроятся под новые веяния, под «святого младенца» на троне, напишут его образы на холстах и развесят где надо и где не надо, и, одухотворившись его «величием и великодушием», а еще больше появлением силы под названием «маги-драконы», будут теперь абсолютно лояльны к любой расе и к любому народу. Прекратится гонение на неугодных, и начнется великая эра всетерпимости и всепрощения.
Эра, о которой можно было бы написать еще не одну книгу, но… Да-да, это совсем другая история.
Надо мной было небо. Голубое-голубое. Еле заметная дымка облаков в вышине и трель жаворонка, поющего свою торжественную песню.
Стоило опустить глаза, как взгляд натыкался на колосья. Спелые, яркие, чуть согнувшиеся под тяжестью крупных зерен. Они стояли вокруг высокой стеной, чуть колыхаясь от легкого ветерка.
Рядом раздался шорох. По правую сторону от меня, раскинув руки и примяв колосья, лежал Марат. Он еще не очнулся, но веки уже задергались – значит, скоро и он увидит эту красоту над собой. Поприветствовать что ли? Не, не хочу. И сам чувствую себя так, словно Арамзара пронесла меня заново, но на этот раз без лодки, в виде бревнышка, обстучав этим бревнышком все возможные валуны.
Звук послышался сзади. Необычный, ревущий. Я никогда не слышал ничего подобного. Он приближался, становился сильнее и оглушительней. Пришлось перевернуться на живот, а затем подняться на колени, чтобы глянуть на зверя. Страха почему-то не было, наверное, страх еще не пришел в должную кондицию.
На меня двигался… Вот хоть убейте, я не знаю, что это такое! Большое, размером с хорошего слона, впереди какие-то не то палки, не то прутья, причем металлические. Они двигаются и срезают колосья. А потом эти колосья собирает… большая, широкая лопата! Это что за чудище?!
Чудище резко затарахтело, останавливаясь прямо перед моим носом, и затихло, продолжая ласково урчать. А я не мог отделаться от ощущения, что оно неживое. И сплошь металлическое. Разве так бывает? Может это карета такая?
Неожиданно распахнулась дверца. Точно карета!
— Мать вашу!!! Вы какого х… тут разлеглись, уе…ки?!! А ну валите отсюда на х..!!
Орал человек в странной одежке. Высокие сапоги, узкие темно-синие штаны, грязно-белая обтягивающая рубашка с короткими рукавами, (причем без застежки!), на которой во всю грудь скалился ярко-красный череп с надписью на лбу на незнакомом мне языке. А я, как вы помните, по части языков кое-что соображал.
Человеком оказался молодой парень чуть постарше меня. Он завозился в недрах «кареты» (наверное, что-то искал) выпрыгнул на землю, и, помахивая странным металлическим предметом, решительно направился к нам.
Предмет меня сразу же заинтересовал. Короткая вытянутая металлическая болванка из хорошего железа, с раздвоенными и скругленными «рожками» на обоих концах. На оружие предмет походил мало, но я не имею ни одного предположения что этим предметом делают.
— Вы дебилы, бл…?! — размахивал железякой парень, — Разлеглись тут, пи…ры! Под косу попадете, а я потом ваши яйца отскребай?! Ща, как въеба…у по харям, сразу весь романт
Намерение парня было недвусмысленным, а потому я решил, что надо бы нам с Маратом удрать отсюда подобру-поздорову.
Но не тут-то было. В некроманте взыграла графская кровь. (Я разве не сказал, что он уже очнулся?)
— Как ты смеешь, быдло, орать на дворянина? — «дворянин» поднялся на ноги кое-как, но высокородная надменность попёрла у него из всех щелей.
Парень продолжал смотреть на нас с вызовом.
— Иносранцы что-ль? Тем более! Нечего по нашим полям шастать! Пошли отсудова!
