- Разрешите обратиться! - вдруг громко, по-военному, встрял Машка. Ого, а он и так умеет?
Син бросил на него мимолетный взгляд и снова уставился на меня. Но Машка продолжал, как ни в чем не бывало:
- На нас в горах напал кугуар, и лэр Райен его убил. Но, к сожалению, и сам получил царапину.
Стало тихо. А я себе клятвенно пообещал, что Машку убью. Придушу. Ночью.
- В самом деле? - приподнял правую бровь Фаркас Син.
А что мне оставалось? Он же менталист. Значит, «только правда, одна правда, и ничего кроме правды».
- Да, - я точно Машку убью. Ну, в крайнем случае, покалечу.
- Можете доказать?
И прежде, чем я раскрыл рот, Машка снова меня опередил:
- Так точно, лэр! Шкуру зверя мы принесли. Он, правда, уже ранен был. Поэтому шкура не очень качественная.
- А нельзя ли взглянуть? - вопрос позвучал сзади. Кто-то из двоих вновь прибывших полюбопытствовал.
Машка тут же к нему повернулся и бесхитростно так разрешил:
- Конечно. Мы завтра с утра собираемся ее как следует отскоблить и растянуть на досках для просушки. Приходите к душевым. Мы там будем.
Даже мне, человеку далекому от военного дела, стало ясно - налицо вопиющее нарушение субординации. Даже интересно стало, чем все закончиться? Машка тоже дурочку валяет или как?
- Договорились! - улыбнулся спросивший, и протянул Машке руку, - Саня Крисс. Лекарь.
Парень был старше Машки. Выше, шире в плечах, мощнее. И протянутая правая рука. Боевой лекарь? Н-да, чудны дела твои, Хозяйка Розыгрыша... Он тоже плевал на субординацию? Машка, как ни в чем не бывало, пожал протянутую ладонь и назвал себя.
Что сейчас будет!
Фаркас Син встал:
- А ничего, что я тут как бы начальник? И это мой кабинет, вообще-то! Может выйти, чтобы вам не мешать, уважаемый лэр Крисс.
Лекарь смутился... а скорее, сделал вид, что проникся собственной невоспитанностью:
- Прошу простить, лэр. Но я хотел доложить вам, как начальнику, - парень явно не испытывал служебного трепета в отношении Сина, - В результате проверки выяснилось, что обеспеченность гарнизона крепости лекарским инструментом, снадобьями и перевязочными материалами нулевая. То есть, в крепости, на случай неприятельского нападения или осады, нет ни одного предусмотренного в таких случаях лекарского набора для самостоятельного лечения. Я уже не говорю, что даже изолятор для раненых и больных отсутствует.
Фаркас Син стоял, сжав зубы.
Так это проверяющие, выходит? Как интересно...
- Я всего лишь зам начальника гарнизона, и...
- Но в данный момент, именно вы непосредственно принимаете административные и иные решения, - перебил его Крисс, и тут же выдал, - Поэтому я попросил бы вашего разрешения обустроить в крепости изолятор и снабдить гарнизон всем необходимым для лечения, если на то возникнет необходимость. Чтобы пополнить лекарский кабинет, я составлю список необходимых инструментов и готовых снадобий для приобретения.
Фаркас сел.
- Да, сколько угодно, - бросил он, - У вас еще что-нибудь?
- Никак нет, лэр! - с придурью в голосе проорал Крисс.
Как ни странно, но второй офицер, стоявший рядом с лекарем, не проронил ни слова. Он был настолько невзрачным, что, казалось, и не присутствовал здесь. Стоило отвести от него взгляд, и я напрочь забыл, как он выглядит. Даже его возраст я не смог определить. Он так и простоял до окончания нашей аудиенции, которая, слава Небу, закончилась словами:
- Я больше вас не задерживаю, господа.
Но при этом лэр Син еще раз очень внимательно осмотрел Машку.
День четырнадцатый
День четырнадцатый
1
После надрывых воплей утренней побудки, построения и завтракая, как и обещал Машка, мы приводили в порядок шкуру горного льва. Точнее, кошак приводил, а я и остальная свободная братия, нас окружившая, сидели и наблюдали. И восхищались размерами зверя, и сетовали, что шкура исполосована, спрашивали меня, как это я умудрился, я пожимал плечами, а Машка уже пятый раз рассказывал, как я прыгнул хищнику на спину и вонзил... нож. Ага, обыкновенный нож. Вот посмотрите, видите дырку между лопаток? Во-от! То-то же. Ему не верили, но он упорно отнекивался от своего участия в убийстве животного, поэтому в конце-концов, на меня стали поглядывать уважительно. Ну, почти.
Пончик с нами не пошел. Он отлеживался в комнатёнке, и я был этому рад.
Кстати, после обеда отлеживался не только он. Я и Машка тоже устроили себе выходной с лежанием в горизонтальном положении и ленивым плеванием в потолок. Иногда очень хочется не двигаться вообще. Ну, бывает, знаете ли.
А вечером, я увидел Харта.
Парнишка не появился на ужин.
Когда я зашел в кладовую, отдать молоток и гвозди, заодно поблагодарить за плащ, он старательно отворачивался. Но я все равно заметил синяк. Большой синяк. Почти на всю скулу. Не долго думая, взял его за плечо и повернул к себе.
- Что случилось?
Он испуганно замотал головой:
- Это я упал.
- Ну, да, поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся... а тут на тебе, да?
Мальчишка опустил голову, скрывая слезы, и снова замотал головой.
- Рассказывай,- я присел на стул рядом с ним. Интересно, у какого муд... гада руки чесались?