Дарай Эрингар не искал приключений, лишь шёл своей дорогой. Но… не делай добрых дел ‒ не придётся расплачиваться. Дарай спас принцессу, за что заплатил собственной кровью и болью. Теперь, чтобы стать сильнее и выжить, он должен переступить через свою гордость и соблазнить того, кто воспользовался его телом в приступе гнева. Дарай ‒ эсфир, Искра Творца, тот, кто не может жить без своей половины. Чья сила проснулась, чтобы изменить этот мир…
Дорога… Сколько их было уже в судьбе Дарая и сколько ещё будет? Бесчисленное множество. Для эсфиров время и направление никогда не имели особого значения. Их жизненный срок всегда зависел от того, кого они выбирали в спутники жизни и шли туда, куда вела их судьба. Если выбирали в пару человека, очередная жизнь пролетала за несколько десятков лет. Если эльфа, гнома или кого другого из легендарных народов, то жизнь могла растянуться на сотни, а иногда и тысячи лет. Эсфиры, устав от одиночества, добровольно связывали себя с тем живым существом, к которому испытывали хотя бы тень любви, тем самым связывая свою судьбу с судьбой избранника на короткий миг его жизни. Будучи эсфиром, Дарай Эрингар появился на свет в третий раз и вот уже больше двух сотен лет был одинок. Он дал клятву самому себе, что теперь не будет никаких замен: либо одиночество, либо его истинная, идеальная пара. Он понимал, что для него это риск угаснуть навсегда, но Дарай не боялся смерти. Он боялся так и не обрести свою силу, свою вторую ипостась. Он боялся не встретить свою половину. Ту единственную, которую выбрал для него Творец.
Дарай, как и все эсфиры, помнил все свои предыдущие жизни, но до встречи с истинной парой не имел возможности управлять собственными магическими силами, так как его источник спал. Единственным шансом на нормальное и относительно безопасное существование в мирах, где царила магия, была естественная, дарованная Творцом, защита. Эсфиры впитывали в себя любую магию, которую кто-либо применял против них. Абсолютно любую, будь то магия стихий, света или тьмы. Даже магия смерти была им не страшна. Сила заклинаний переходила в энергию тела, развивая небывалую регенерацию эсфиров, позволяя им долго оставаться молодыми и здоровыми. Иногда они копировали и запоминали чужое умение, откладывая его в памяти, чтобы когда-нибудь суметь применить. Эта странная способность срабатывала не всегда, и предугадать, что же попадёт в запасники, было невозможно. Самым простым способом обрести контроль над спящими магическими способностями был союз с одарённым. Эсфиры копировали часть его дара, развивая свою вторую ипостась. Но… она была неполноценна, если избранник не был истинным.
Вынужденные проводить свои жизни в поисках пары и возможности обрести свои силы, эсфиры всё же никогда не были беззащитными. Они являлись искусными воинами, стратегами и дипломатами по своей сути, компенсируя небывалым мастерством и изощрённым умом отсутствие доступа к собственной магии. Эсфиры испокон веков выбирали такие профессии, которые позволяли бы им исследовать мир в поисках своей судьбы. И потому большая часть эсфиров всегда служили курьерами для специальных поручений, посланниками, разведчиками. Они сами выбирали себе господ, и сами уходили, если служба их не устраивала. И никто не мог их удержать. Но мало кто знал, что с языка древних магов, ещё тех, кто жил во времена, когда боги спускались на землю и в небе кружили стаи драконов, эсфир переводился как Искра Творца. Эти существа, внешне лишь похожие на обычных людей, сами по себе были легендой. Когда Искра находила свою половину и пробуждала в себе силу, мир ожидали перемены. Эсфиры хранили свои тайны, в душе надеясь стать именно той Искрой, что останется жить вечно.
Дарай не был исключением, за две предыдущие жизни испытав многое: он любил сам, отозвавшись лишь на симпатию, и позволял любить себя, не отвечая взаимностью так, как ожидали от него. Он знал по опыту, что любовь многолика, но настоящее чувство нельзя спутать ни с чем. В этот раз Дарай решил не совершать прежних ошибок и не метаться по свету в поисках мечты. Он отдал себя в руки судьбы. У него было предчувствие, что именно в этом мире, носящем название Элайн, он постигнет то, что ранее ускользало неуловимой тенью. В этой жизни тело Дарая ещё не узнало ласки и нежности. Он не касался другого существа с целью подарить наслаждение. Дарай был чист и невинен так же, как в первый миг своего пробуждения в новом для себя мире. Жизнь одинокого странника была нелёгкой, но это был его личный выбор. Он избегал плотских искушений, как мог, но это было достаточно сложно, ибо Дарай, как любой из эсфиров, был прекрасен и желанен многими. Его холодность держала на расстоянии красивых страстных женщин, а острые мечи останавливали мужчин.
