– Это ты в неоплатном долгу, я – никому не должен! Законы я знаю, не тебе о них напоминать!– отрезал командор довольно грубо. Даже со мной как с нарушителем он не разговаривал так жестко.
– Форб!– возмутилась женщина, но не слишком уверенно, видимо, побаивалась его.
– Хорошо. Раз уж так вышло… Как быстро высший совет подпишет решение?– снова грубо прервал ее командор.
– Ты получишь титул, как только пройдет брачная церемония. На следующий день сможешь решать практически любые вопросы… Но…
У меня закололо в плечах от напряжения. А сердце стало биться так громко, отдаваясь гулом в голове, что я едва расслышала продолжение разговора.
– Я уже дал согласие. Чего ты еще хочешь?– недовольно спросил Форб.
– Ты знаешь, чего я хочу. Но… ты ведь не дашь мне этого?– в тихом голосе женщины слышалась горечь.
– Я не буду это обсуждать! И что значит – процедура почти завершена?
– Ты выдвинул требование вступить в брак с человеческой женщиной. Торги прошли. Я все устроила. Женщине уже поставили твою фамильную печать…
– Остальные условия соблюдены?
– Она полностью здорова. Внешность, не хомони, конечно, но тебе ведь это не важно?– пренебрежительно усмехнулась женщина. Форб недовольно хмыкнул, и она спешно продолжила:– Пока она ожидает брачную церемонию, и допуск к работе приостановлен. Но, как только получит твою фамилию, может продолжить работу и отправиться куда угодно: как ты и просил, очень успешна в своей профессии, уже имеет статус управленца, в ее подчинении несколько групп специалистов…
«Еще одна бедная женщина стала товаром»,– вздохнула я.
– И?..– послышалось нетерпение в голосе Форба.
– И… ее скоро привезут на Гану…
– Как скоро?
– В течение двух дней. Я уже отправила за ней сопровождающих…
Форб напряженно выпрямился, а женщина продолжила:
– Поскольку титул требует только положительного брачного статуса, высший совет одобрил брачную церемонию раньше срока… хотя и недоволен твоим выбором…
Женщина еще не закончила, но Форб снова жестко оборвал ее:
– Тем не менее они согласились!
– Совет учел ее профессиональные характеристики и заслуги: они неожиданно высокие и вполне соответствуют твоему статусу. Только поэтому и пошли на уступки. И ты знаешь, кто хлопотал о тебе… Но после брачной церемонии ты сразу заберешь ее с Ганы… Ты понимаешь, что мы не сможем принимать ее у себя… Я тоже не горю желанием иметь в невестках человеческую женщину…
– Неужели? Живешь по двойным стандартам?– язвительно заметил Форб.
– Не понимаю, о чем ты? Я всегда считала, что мы должны сохранять чистоту крови…
– Довольно! Меня не интересуют твои игры! У меня больше нет к тебе вопросов. Детали пришли на коммуникатор.
– Пришлю… Куда ты направляешься сейчас?– смягчила тон женщина.
– Вопрос не по существу…
– Надеюсь, ты не опоздаешь на церемонию? Место и время я тоже выслала…
– Об этом буду беспокоиться я.
– Форб…
– Буду в срок!– отрезал он, и раздался сигнал завершения связи.
Вместе с этим звуком сердце ухнуло на дно живота, прямо в кипящую лаву обиды и отчаяния.
Я отстранилась от стены и заставила себя идти быстро. В подъемнике не удержалась на ногах и опустилась на пол.
«Неужели он вступит в брак только для того, чтобы получить титул? Неужели только так можно помочь мне? Но ведь я уже не буду с ним?! И значит, нам не быть вместе по закону… Мы будем вынуждены всегда скрывать свои отношения… Все время скрываться? Бояться, что меня узнают, и быть настороже до самых сорока лет? А что потом? Я вообще не смогу появиться ни в одном порту. Меня сразу схватят, как нарушительницу закона, ведь Саша Малых не в браке! И тогда…– и вдруг пришла еще более гнетущая мысль:– Ведь никто не знает о смерти настоящей Саши, и поэтому ее будут выставлять на торги каждый год. А вдруг ее кто-то выберет? Тогда ее будут искать, чтобы она выполнила свои обязательства. А если ее уже ищет отец, потому что она долго не связывалась с родными? Значит, я всегда буду под угрозой раскрытия?!»
Я зажмурилась и часто задышала, чтобы слезы не успели закапать из глаз. С каждым днем мои проблемы вырастали, словно снежный ком. Одна ложь на другую, одно нарушение на другое… И конца этому не было видно.
«А если у меня родится ребенок? Он будет вне закона! А я не могу принимать решение за неродившегося ребенка, заранее зная, что и его придется заточить в неизвестности. Ведь ему даже чип контроля не вживят при рождении… А если вживят, то я раскрою себя… Ведь мать должна быть в браке… Снова подвергну опасности, позору и унижению всех, помогающих мне… Навсегда сделаю ребенка незаконнорождённым. А чем он это заслужил? Да и семью Саши подставлю… Уж они-то и без того наказаны смертью дочери… Только не знают об этом. Каково будет им?»
– О-о-о!– застонала я и тут же зажала рот ладонью, чтобы меня никто не услышал в давно раскрытую дверь подъемника, а потом сорвалась с места и побежала в свою каюту.
«И кто во всем виноват? Макрон Кхелан Гот Босгорд! Проклятое имя! Чтоб тебя бес разодрал!..»
