Босс РљСЌС' хочет собрать компромат на РћРќР'. Её отправляют в Хоумлэнд под прикрытием, но РІСЃС' идет наперекосяк, как только она РїСЂРѕС…РѕРґРёС' через главные ворота. РљСЌС' арестовывает большой, сексуальный Новый Р'РёРґ, но она не испугалась. А возбудилась. Между ними разгорается пламя страсти. Р
Катрина Перкинс едва сдерживала гнев, медленно разгорающийся внутри неё. Роберт Мэйсон, её босс, всегда вызывал у неё желание взять пистолет и пристрелить этого ублюдка. Вопрос стоял не в том, стоит ли пускать в него пулю, всё сводилось к тому, в какую часть тела прицелится в первую очередь. Поистине трудный выбор — между его яйцами и большим ртом. Катрина сжала руки в кулаки за спиной, с трудом подавляя желание поразить обе мишени.
— Я докажу, что эти ублюдки, Новые Виды, преступники. Они используют свой суверенный статус, скрывая всякие дерьмовые делишки. Этому надо положить конец!
Катрина наблюдала за ногами босса. Она хотела подставить ему подножку каждый раз, как он проходил мимо. Босс часто разглагольствовал о своих параноидальных и идиотских теориях, что Новые Виды — враг общества номер один. Ей надоело слушать этот бред. Он уже несколько дней рвал и метал, после того как она подслушала его приказ другим агентам отслеживать перемещения человека по имени Джереми Борис, или Джерри Борис. Этот человек исчез, и её босс считал, что ОНВ как-то причастны к этому. Кэт подозревала, её босс знал этого парня или имел здесь какой-то личный интерес.
— Я буду продолжать копать до тех пор, пока не смогу доказать, они виноваты в исчезновении Джерри, даже если это последнее, что я сделаю. — Он бросил на неё сердитый взгляд. — Он работал на них.
Она глубоко вздохнула:
— В Хоумлэнде или в Резервации?
— В тюрьме Фуллер.
Это удивило Кэт.
— Я никогда не слышала об этом месте. Какое отношение ОНВ имеют к этой тюрьме?
— Это секретная тюрьма, — он понизил голос. — Там содержатся все, кто хоть когда-то работал на «Мерсил Индастриз».
Её уважение к боссу упало ниже плинтуса. Её бы уволили, а босс предъявил бы ей обвинения, если бы она поделилась закрытой информацией, как он только что. Она не совала свой нос в чужие дела, не желая иметь ничего общего с противоправными действиями своего руководства. И всё же проснувшееся любопытство заставило её задуматься, где находиться эта тюрьма, и на самом ли деле ОНВ управляет ей.
— Джерри хороший человек, но он их боится.
Она держала рот на замке, не желая заглатывать наживку. Тот, кто являлся другом Мэйсона, не мог быть порядочным. С тех пор как его назначили руководить её отделом, она задавалась вопросом, как он получил эту должность. Необузданный, чересчур, на грани психоза, эмоциональный, по её мнению. Единственное объяснение, которое пришло ей в голову, что он или поцеловал чей-то важный зад, или шантажом прокладывал себе дорогу наверх, или был связан с кем-то достаточно важным, кто прокладывал ему дорогу.
— Они также вытворяют всякие мерзости с женщинами. Я думаю, их подсадили на наркотики, может быть, на что-то вроде героина. Это единственная причина, по которой женщины позволили этим ублюдкам трахать себя.
Она решила воззвать к его разуму ещё раз:
— Сэр, я не верю в это. Я видела этих женщин, они давали интервью на телевидении и не были похожи на наркоманок.
Босс с ненавистью посмотрел на неё.
— У женщин были нормальные зрачки, четкая речь и плавные движения, — пояснила она, негодуя, что ей вообще пришлось это делать. Признаки употребления наркотиков преподавали каждому агенту.
— Возможно, все дело в гормонах, — бормотал он, продолжая расхаживать по кабинету. — Ну, вы знаете, они сошли с ума. Только безумная позволила бы этим животным прикоснуться к себе. Это болезнь. Эти женщины могли бы с таким же успехом ползать на карачках перед своими собаками и не связываться с ОНВ.
Она стиснула пальцы в кулак, они просто зудели от желания выхватить пистолет. И возненавидела своего босса ещё больше.
— Они ни в чем не виноваты, сэр. Их создали в «Мерсил Индастриз», копались в их генах, не спрашивая согласия. Против их воли. Они жертвы.
Он посмотрел на неё.
— Правильно. У вас есть собака. Вы защитник животных. Вы, наверное, выразите протест против стандартной процедуры устранения собак, которые, атакуя, убивают людей.
— Всё зависит от того, кого они загрызут. Я бы наградила собаку сочным стейком, если бы она порвала задницу преступника, защищая меня. И я запомню ваш комментарий о женщинах, владеющих собаками.
Она молча посмотрела на него. Добром её высказывания не кончатся, лучше промолчать, решила она, не желая быть отстраненной за оскорбление начальника. Ей всё же удалось отрицательно покачать головой, давая адекватный на его взгляд ответ.
