Диего надел кольцо мне на левую руку, затем прижался губами к моим губам. Стол разразился аплодисментами, а мой папа поднялся на ноги и подошел к нам. Он пожал руку Диего. «Наконец-то», — сказал он своему помощнику справа. «Сын, которого я всегда хотел, присоединится к семье под Богом».
Он повернулся ко мне и обнял меня. «Аделита», — прошептал он. «Я так рад за тебя». Он похлопал меня по спине, без слов сказав, что я его не разочаровала. Это был и комплимент, и предупреждение.
Чарли обвила руками мою шею, выглядя восторженной лучшей подругой, какой она и должна была быть. Но ее рот приблизился к моему уху, так что никто не мог услышать, как она спросила: «Ты в порядке, Лита?»
«Пожалуйста... не сейчас», — взмолилась я шепотом и выдавила из себя широкую улыбку, отстраняясь от объятий. «Я очень счастлива, спасибо, Чарли». Она идеально сыграла свою роль... но я видела сочувствие, которое она испытывала ко мне в ее бурных глазах. Как и я, она была дочерью криминального авторитета. Мы с ней жили параллельными жизнями, хотя и жили в разных странах. Мы обе были фигурами в одной игре.
Вот почему я ценил ее как друга. Но сейчас я не мог быть рядом с ней. Мне нужно было держать свои эмоции под контролем. Беспокойство Чарли за меня заставило бы меня сломаться.
Меня обнимали гости моего отца. Снаружи я улыбалась, с гордостью показывая гостям свое новое бриллиантовое кольцо. Но внутри... внутри моя кровь, сердце и душа плакали.
Диего вложил свою руку в мою, когда мой отец отошел, чтобы принять поздравления от гостей. «Скорая свадьба», — громко сказал мой отец и вырвал из меня все остатки силы. Настроение отрезвилось, когда он добавил: «Учитывая последние события, касающиеся нашего бизнеса, лучше провести эту свадьбу поскорее, чтобы избежать каких-либо осложнений».
Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Война. Война с байкерским клубом из Америки — «Hades Hangmen». Картель Кинтана торговал наркотиками, в основном кокаином. Мы взяли бедную деревню и превратили ее в империю. Но, как женщина, я была на расстоянии вытянутой руки от внутренних механизмов деятельности моего отца. К моему большому раздражению.
Вот почему он так любил Диего. Папа Диего был самым близким другом моего отца. Когда его застрелил Фарон Вальдес, картель-конкурент, когда Диего был еще совсем маленьким, мой отец принял Диего как своего. В отличие от Диего, я никогда не посещал собрания внутреннего круга. Меня низвели до уровня красивой показушной вещи, чтобы щеголять перед жителями деревни и рабочими.
Я знал, что мы на войне. Я не мог никуда пойти без постоянного наблюдения и защиты. Я был легкой мишенью. Я не знал этот мотоклуб, но из того, что сказала мне Кармен, моя горничная, когда ей удалось получить отрывки от других сотрудников, они были самым плохим врагом, которого мы могли бы получить. Это был не первый раз, когда мы были на войне с тех пор, как я стал достаточно взрослым, чтобы понять, что это значит. Но каждый раз это было тяжело. Потому что люди умирали. И я боялся, что однажды это может быть мой отец... или даже я. Поэтому я хотел узнать все, что смогу, о Палачах Аида — их иерархию, их структуру, их слабости, на случай, если однажды не останется никого, кто мог бы защитить меня от них.
Я хотел иметь возможность защитить себя.
Ужин перешел от встречи случайных знакомых к празднованию помолвки. Я не могла сказать, что это была за еда или какой был на вкус десерт. Я была онемевшей, улыбалась и отвечала на вопросы, когда меня спрашивали, но определенно не присутствовала духом. Мое тело работало на автопилоте, пока мой разум пытался придумать способ связаться с Таннером. Чтобы сказать ему, что все пошло не так. Чтобы узнать, если... Я хватала ртом воздух, чувствуя острую боль в груди, такую сильную, что она ныла... чтобы узнать, любит ли он меня по-прежнему. Хочет ли он меня по-прежнему так же сильно, как я его.
Сказать ему, что наше время истекло, если мы хотим когда-нибудь быть вместе.
И мое сердце... мое сердце разрывалось на части, каждый отваливающийся кусок плоти заставлял меня судорожно втягивать воздух, пока агония охватывала все мое тело. Все то время, пока я боялась, что разваливаюсь на части, Диего не отпускал мою руку, поднося ее к губам для поцелуя, пока он разговаривал с людьми из картеля за ужином.
Как и мой отец, Диего не был человеком, которому можно перечить. Я слышал слухи, и Чарли рассказал мне некоторые домашние истины. Некоторые действия, которые он совершал в Калифорнии, когда был там по «семейным делам». О том, что он делал с бывшими любовницами. Боль, которую, как я слышал, он причинял им. Грубость, с которой он обращался с ними. Он был агрессивным мужчиной. Для меня он всегда был только милым. Но его боялись мужчины за этим столом. Даже мой отец, из-за своего возраста, хотел держать Диего рядом. Альтернатива не стоила риска.
Если честно... Я тоже его боялась. Я боялась того, что случится, если я ему откажу. Об этом невыносимо было думать.
