Палпатин понял, что тот скорее умрёт от нарушения клятвы, чем решится на такое, и недовольно поморщился, ища выход. Внезапно ему в голову пришла неожиданная идея.
— Твою девушку Марлин Маккиннон тогда в восьмидесятом изнасиловали и убили «Пожиратели Смерти»: Джонатан Трэверс и Уилкис-младший. Тот самый, у которого старшего брата авроры взорвали возле «Флориш и Блоттс», — задумчиво почесал щёку Палпатин. — Трэверс сидит в Азкабане, а второй «Пожиратель» живёт в Лютном переулке. Если на алтаре будет лежать убийца твоей подруги, ты сможешь перерезать ему горло?
Сириус вздрогнул и затравленно посмотрел на Палпатина. В глубине души он уже знал ответ на этот вопрос. Да, сможет. Хотя всё его существо противилось мысли, что придётся убить безоружного человека.
— Ты вспомни, Блэк, в каком состоянии обнаружили авроры тела Марлин и её близких, — произнёс Шив вкрадчивым голосом, как будто озвучивая мысли Сириуса. — Очистишь мир от зла, что в этом плохого? А заодно исполнишь просьбу родового алтаря. Ты хочешь поймать Питера Петтигрю не для того, чтобы посадить в Азкабан, ведь правда же? — Палпатин насмешливо наблюдал за мучительной борьбой на лице Блэка.
— Если бы я верил во все эти христианские истории, — прохрипел с ужасом Сириус, — я бы подумал, что ты сам дьявол!
— Нет, я обычный магглорожденный, — усмехнулся Палпатин, — которому всего лишь нужен свободный доступ в вашу библиотеку.
— Из-за этого я должен зарезать человека? Ты хоть понимаешь, как ужасно звучит твоё предложение⁈ — истерически рассмеялся Блэк, но Палпатин понял, что внутренне тот уже согласился. Убийство Уилкиса не вызывало в бывшем узнике Азкабана большого сопротивления.
Шив решил не затягивать с ритуалом и в этот же день отправил сову в магазин «Боргин и Бэркс». К лапе птицы был прикреплён солидный кошелёк с золотом. На следующий день хорошо упакованный Уилкис был доставлен бандитами в указанное место. Мужчина был без сознания, и Палпатин спокойно принёс того на Гриммо.
Сириус весь день оттягивал момент ритуала, но вечером всё же был вынужден спуститься в святилище рода. Перед этим он долго сидел, держа на коленях фотографию Марлин Маккиннон. Девушка весело улыбалась и махала рукой своему парню. На лице Сириуса то и дело мечтательность сменялась ожесточением.
Палпатин в одиночестве пил чай в гостиной и пытался понять, откуда идёт знакомое излучение магического отпечатка, с которым Шив уже неоднократно сталкивался в Англии.
«Какой предусмотрительный волшебник, — усмехнулся про себя Палпатин. — Рассовал свои якоря по всей стране. Может, воскресить его и пристроить к делу? Такой интересный маг пригодится для чего-нибудь в будущем. А если он окажется слюнтяем, как этот Блэк?» — в голове проскочила невесёлая мысль, и Шив решил, что оно того не стоит.
В этот момент дом тряхнуло. Настенные светильники почти погасли, замерцали быстро-быстро, а потом вспыхнули значительно ярче, чем раньше. В воздухе разлилась грозовая свежесть, а дом ещё несколько раз вздрогнул. Палпатин с любопытством наблюдал, как почти исчезнувшая магия древней резиденции тёмных волшебников набирает силу, словно раскручивающийся смерч.
«Чувствую, от Уилкиса даже пепла не осталось, — хмыкнул про себя Палпатин. — До чего довели такой прекрасный артефакт. Несчастный дом жив лишь благодаря крохам энергии. Всего одна жертва — это жалкая капля на фоне того озера магии, которое требуется алтарю, чтобы полностью восстановиться».
Впрочем, в Хогвартсе Палпатин наблюдал похожую картину. В прошлые века человеческая жизнь стоила дёшево. Никто не мог представить, что времена настолько изменятся, иначе волшебники придумали бы другой способ, чтобы насыщать алтари энергией.
Большинство мэноров изначально строились на природных источниках магии, однако время не щадит никого. Естественные каналы в неизведанное истощались и умирали. Блэки, как и многие другие чистокровные семьи, были вынуждены перейти с нейтральной на жертвенную магию. Вот только здесь скрывалась страшная ловушка: «грязная» энергия плохо влияла на психику и наследственность.
Сириус Блэк поднимался по лестнице, едва переставляя ноги. Его одежда была в крови, а взгляд блуждал, ни на чём не задерживаясь.
— Приветствуйте, господа! Перед вами — новый лорд Блэк! — раздался со стены визгливый и немного безумный голос Вальбурги. Остальные портреты разразились громкими аплодисментами.
Сириус молча покосился на изображение матери, зашёл в гостиную и тяжело рухнул в кресло.
— Уилкис молил меня о пощаде, говорил, что у него давно есть семья и дети, — глядя в пустоту, глухо произнёс он. — А я видел перед собой лишь растерзанное тело Марлин и огонь поминального костра.
— Ты сделал всё правильно, Сириус, как и должен был поступить настоящий лорд древнейшего и благороднейшего рода, — слегка улыбнулся Палпатин, глядя на Блэка со скрытым презрением. — А теперь прочитай вот этот катрен. Здесь разрешение главы рода, чтобы я мог работать с библиотекой, если тебя не будет дома. «…И ещё — когда ты умрёшь», — добавил про себя Палпатин, не меняясь в лице.
