- Хорошо, - кивнула девушка.
Селина занялась приведением себя в порядок, а я посмотрел на дырявый полог фургона и заглянул в него. Увидев в фургоне затейливую конструкцию из пяти арбалетных станков, выпускающих по двенадцать болтов за раз, я присвистнул. Понятно теперь почему защита девушки не справилась. Такая конструкция с куда большей силой болты пускает, чем обычный арбалет.
- Что там? - спросила Селина.
- Приспособа, для уничтожения наивных путников, - ответил я. - Жаль, хозяин этой штуковины сам помер. Такого мастера уважить нужно было - на костре сжечь.
- А что теперь делать? - спросила девушка. - Ведь лошадей болтами убило.
- Вернёмся в ту деревеньку, что мы недавно проехали и купим других, - ответил я. - Оставшуюся от разбойника лошадь оседлаем и поедем.
Я выпряг оставшуюся лошадь и оседлал её. Позади седла приточил свои вещи. Затем обыскал разбойника и фургон. Не найдя ничего достойного внимания, забрался на лошадь и помог забраться девушке. Меньше чем за час мы доскакали до деревушки. Там мне быстро удалось сторговать пару лошадей, пусть не таких хороших, как у меня были, но всё же неплохих. К тому же удалось ещё одно седло купить. Не ехать же нам до самой Империи вдвоём на одной лошади. Пока я торговался, девушка поговорила о чём - то с вышедшей во двор женщиной и ушла в дом. Хозяин лошадей помог мне оседлать лошадей и увёл в конюшню конячку разбойника. Решив, что негоже пропадать добру, я отыскал деревенского кузнеца и предложил ему цельную повозку железин. Хоть какой - то прибыток с разбойника будет. Двух таких хороших лошадей мне загубил…
Селина тем временем умылась и заштопала свою одежду. Забравшись на коней, мы в сопровождении кузнеца и его сына выехали из деревни. Проезжая мимо поля, которое изрядно потоптали разбойники, кузнец выругался и призвал богов наказать уродов, занимающихся подобным вредительством.
До фургона мы добрались почти так же быстро. Только вот как не спеши, к сроку не успеешь. Вокруг фургона уже суетилась парочка мужиков. Они выпрягли из своей повозки лошадей и закрепили её позади фургона. Чуть позже мы бы нагрянули и не нашли бы никакого фургона. Крестьянам оставалось лишь лошадей запрячь и уехать.
- Это куда вы мою добычу собрались утащить? - спросил я у суетящихся мужиков.
- С чего бы это она твоя? - буркнул один из них. - Мы первые фургон нашли.
- С того, что мне этот фургон его хозяин завещал перед смертью, - сказал я. - А не верите, можете у него спросить.
- Что думаешь, раз вас больше, то можно безнаказанно чужую вещь отнять? - спросил рыжебородый мужчина, оставив в покое упряжь.
- Эта вещь принадлежит не вам, а мне, - твёрдо сказал я. - Если конечно вы не сообщники разбойника, который с помощью этой приспособы путников убивал.
- Это ты разбойник, - заявил мужчина. - Приехал тут, и отнять добро хочешь.
- Забирайте лошадей и повозку и валите отсюда, - предложил я. - Фургон не ваш и не важно, нашли вы его или нет. Даже если вы кошель с золотом на дороге найдёте, то он всё равно не ваш будет. Так что если будете спорить, то отправимся к судье и разберёмся, с чего бы это фургон ваш. Если вы сообщники разбойника, то тогда я спорить не буду - фургон ваш, а если нет, то чешите отсюда. Так как, сообщники вы или нет?
- Никакие мы не сообщники, - запальчиво сказал рыжебородый. - Но за эти арбалеты кучу денег выручить можно и мы не собираемся тебе ничего отдавать. Приехал тут и распоряжается. А то мы не видим, что ты просто нажиться решил, поэтому и привязался к нам.
- Как вы мне надоели, купцы доморощенные, - скривился я и слез с лошади. - Сами готовы разбойникам продавать то, чем они вас убивать будут. Как будто не понимаете, что эта штуковину кроме них никто не купит.
Достав меч, подошёл к фургону, и отогнав мужчин, забрался в него. Десятком ударов меча, я превратил конструкцию в обещанную кузнецу гору железяк.
- Варвар! - взвыл рыжебородый. - Такую вещь загубил!
- Ага, - кивнул я, - и вещь и её владельца. А если встречу ещё уродов, что смертоубийством промышляют, то и их загублю. И тех, кто им подобные изделия продаёт.
Плюнув с досады, рыжебородый махнул рукой, смиряясь с тем, что нажиться на механизме разбойника не удастся. Негромко ругаясь, мужчины быстро отвязали свою повозку и запрягли в неё лошадей. Едва они убрались, кузнец осмотрел разрушенную конструкцию и сказал: - Пятнадцать серебряных.
- По рукам, - согласился я.
Кузнец тут же достал кошель и расплатился со мной. Оставив кузнеца и его сына возле фургона, мы потихоньку поехали дальше. Поразмыслив о нападении разбойников, я решил, что нужно не просто остерегаться, а подозревать в каждом разбойника.
