Дарвиновская революция полностью

Приведем одно доказательство, свидетельствующее о том, как дарвинисты, в частности Гексли, использовали свое влияние, которое приносило им дивиденды, столь важные для дарвиновского дела, рассмотрев, кем и как занимались должности в старинных английских университетах в начале и в конце десятилетия, то есть уже после выхода в свет «Происхождения видов». В 1860 году на должность профессора анатомии и физиологии в Оксфордском университете был назначен Джордж Роллестон. Очевидно, Гексли имел решающий голос в ходе выборов или сильные козыри на руках, раз избиратели предпочли Роллестона другому кандидату, которого поддерживал Оуэн[63]. После выборов Роллестон написал Гексли: «Полагаю, вам уже сообщили о результате, коему вы сами очень сильно способствовали. Обещаю, что буду работать честно и добросовестно, чтобы не дать вам ни малейшего повода пожалеть о тех усилиях, которые вы внесли, чтобы продвинуть меня на этот пост» (из письма к Гексли, 1860, архив Гексли, Имперский колледж, 25.148). Не говоря уже о том, что Роллестон делом доказал, что он как преподаватель новой биологии очень способный и одаренный человек, усилия Гексли в течение года принесли прямые дивиденды: тот же Роллестон стал сторонником Гексли, активно и энергично поддержав его в битве с Оуэном в вопросе о природе человека (Роллестон, 1884). А спустя несколько лет уже Бенджамин Джоветт сделал такую же, хотя и безуспешную, попытку заполучить самого Гексли на тот же пост в Оксфордском университете.

А в конце десятилетия в Кембридже кандидатом на выгодную должность уже оказался Майкл Фостер, близкий друг и помощник Гексли, которого друзья-дарвинисты продвигали на вакантное место:

И снова усилия Гексли (и Карпентера) принесли дивиденды, ибо Фостер доказал, что он – один из самых блестящих и влиятельных преподавателей Кембриджа. Но не настолько гордый, чтобы не обратиться к своему учителю за экзаменационными вопросами[65].

Свою активность в Кембридже дарвинисты проявляли и другими способами. На протяжении 1860-х годов, например, произошли видимые изменения в экзаменационных вопросах. В 1863 году, когда Гопкинс был одним из экзаменаторов, один из вопросов в экзаменационных билетах предлагал студентам привести «доказательства божественного замысла» в биологических науках[66]. К концу десятилетия (на этот раз экзаменаторами были уже Гукер и Флауэр) студентам предлагалось дать анализ концепции борьбы за существование[67]. С тех пор как сын Чарльза Дарвина, Фрэнсис, стал первым по этому экзамену, дарвинизм больше не встречал препятствий, и быть дарвинистом перестало считаться зазорным!