— Ну, да, сейчас это основная задача, — подтверждаю его догадку, — нужно не зацикливаться на процессоре, подгоняя под него все что можно, а прежде всего, озаботиться доработкой шины управления, которая в конечном итоге и будет в целом определять быстродействие компьютера. И хочу еще сказать, что пора озаботиться об открытости архитектуры, то есть надо подумать о проработке стандартного разъема и протокола обмена данными всех периферийных устройств.
— Э… А это зачем?
— Это одно из конкурентных преимуществ.
— Мы никогда не сможем этого сделать, — хмурится Антуан, — у каждого разработчика свои разъемы и своя система команд, даже по напряжению значительная разница, для этого и приходится отдельно разрабатывать схемы согласования.
— Это у нас во Франции так, — соглашаюсь с ним, и тут же возражаю, — а у американцев уже все давно перешли к единому формату. Проектировщику, по большому счету, все равно, какой будет интерфейс, главное чтобы устройство имело сбыт, частенько ему приходится самому додумывать за заказчика, а потом уже заказчику по результату этого «додумывания» приходится ломать голову.
— Тогда зачем нам вообще думать на эту тему, — пожимает плечами Марсо, — если американцы уже все придумали, просто применим у себя.
— В принципе можно, — киваю в ответ, — но мы ориентируемся на слаботочную шину, а у них такие токи, что у нас никакие схемы не выдержат. Поэтому придется разрабатывать схему универсального программируемого контроллера, и ничего сложного в этом не вижу.
Такие напряженные разговоры с Антуаном у нас происходят постоянно, вся проблема в том, что значительная часть разработки будущего персонального компьютера, прототип которого по нашим прикидкам влезет в один шкаф метра полтора высотой, ведется нашей группой в Калининградской лаборатории, а я туда попасть не могу. Хотя, правильно будет сказать так: попасть могу, в этом никто препятствий не чинит, но вот что-то мне говорит, что обратно «выпасть» может и не получиться, пусть много лет прошло, и внешне изменился я довольно-таки сильно, но риск остается. Так что приходится общаться через Марсо, хорошо еще, что как специалист он очень хорош, тоже в Италии стажировался и ему не приходится по двадцать раз объяснять одно и то же. Но все же, лучше было бы самому повариться в коллективе, с моим после знанием работу можно было бы двигать куда как эффективней…, а может быть, и нет, все мы заблуждаемся в оценке своих качеств. Что касается калькулятора по типу Оливетти, то здесь проблем не наблюдается, несколько месяцев и проект нашего первенца готов. Отладка происходила на макетном стенде, скоро приступят к впихиванию блоков в корпус, и задача эта далеко не так проста, как может показаться несведущему человеку, ведь после того как блоки лишатся избыточного пространства возникнет проблема перегрева, как бы не пришлось ставить принудительную вентиляцию корпуса.
Ладно, худо-бедно, но проекты двигаются, даже озаботился написанием тех задания на проектирование мониторов для компьютеров, пусть пока без графики, только со встроенным знакогенератором, но это уже будет серьезный прорыв. Мониторы сразу проектируются на основе цветных кинескопов, это чтобы конкуренты нас быстро не могли достать, в реальности текст может отображаться в четыре цвета. Почему только четыре? А и это избыточно, красивые картинки на нем все равно не отобразишь, в остальном оттенки востребованы не будут и так для отображения заглавных букв и псевдографических символов пришлось на сорок процентов расширять объем знакогенератора. Кстати говоря, знакогенератор будет загружаемым, то есть, появится возможность делать качественные игровые программы, но об этом молчок, не поймут меня такого прогрессивного, использования компьютера в качестве игрового автомата передовой частью научного сообщества будет встречно в штыки.
Надо будет еще исследования в области ферромагнитных покрытий заказать, и начать проектирование дисковых накопителей малых размеров, а то нынешние накопители данных это нечто — огромные шкафы с перекачиваемой магнитной пленкой в накопителях и барабаны, в которых позиционирование блока головок производится линейным двигателем огромной мощности, от чего вся конструкция дергается как параличная. С клавиатурой тоже надо будет что-то делать, оказывается, сегодня клавиатуры не имеют собственного знакогенератора, расшифровкой действий оператора занимается процессор.
