— Лучше бы тогда я не видел твоих прогнозов, — говорил он мне, тяжело вздыхая, — теперь просто сердце кровью обливается, и расширять производство не имеет смысла, пока будем перестраиваться, рынок насытится и ажиотажный спрос упадет.
— Так и будет, — соглашаюсь с ним, — те, кто сейчас по глупости хватает кредиты на модернизацию цехов, разорятся, спад спроса неизбежен.
— Это понятно, но вот, что странно так это то, что спрос на твои приемники продолжает расти. Как ты это объяснишь?
— Тут нет ничего странного, — принялся я объяснять особенность ситуации, — наша продукция стала уплывать мелкими партиями за границу, так называемая челночная торговля. Это когда мелкие торговцы из других стран, скупают здесь у поставщиков партии товара, выбивая себе скидки по цене, и везут к себе.
— А смысл? — Хмыкнул месье Дюпон. — Их сервисная сеть не примет в ремонт наши приемники, нет договора и запасных комплектов.
— Зато им не надо платить таможенные пошлины, наша граница с Италией и Швейцарией сплошная дыра, подозреваю, Испанцы тоже своего не упускают. Однако нам от этого ни холодно, ни жарко, главное чтобы спрос оставался стабильным. Кстати, в Тулузе на следующей неделе запускаем новый цех с конвейером, надо наращивать выпуск модели с коротковолновыми диапазонами, старые приемники планируется отправить в азиатский регион, и торговать ими по себестоимости, а то японцы похвастались, что у них туда хорошо продажи пошли. И у нас возникла еще одна проблема, американцы отказались продавать нам кристаллы для транзисторов, надо срочно что-то придумывать, если будем закупать у них транзисторы в корпусах, о расширении продаж можно забыть.
— Да? А что, больше купить не у кого? — Бизнесмен удивленно посмотрел на меня, у него в голове не укладывалось, что здесь могли возникнуть такие проблемы.
— Пока нет, они в этой области монополисты, вроде бы производят транзисторы в СССР, но там в них такая потребность у военных, что вряд ли с нами поделятся. Хотя, попробовать можно, ради наших франков они могут сильно подвинуться ценой.
— Военные никогда не заботятся о бизнесе. — Согласился со мной месье Дюпон.
— Так может, все-таки попробуем отобрать у них немного для наших нужд, — решился я закинуть крючок, — коммунисты ради престижа вполне могут на это пойти.
— Думаешь? — Бизнесмен затеребил свой подбородок, обычно он так делает перед принятием какого-то важного решения. — Слишком мелкий контракт, чтобы продвигать его через Париж, вот если бы еще что-нибудь предложить.
— А давайте предложим организацию совместного производства цветных телевизионных приемников, надеюсь, этот контракт никто мелким не назовет.
— Ох, Серж, — хмыкнул Дюпон, — ты сейчас пытаешься ступить на скользкую дорожку, никогда не занимайся прожектерством. Или тебе недостаточно примера Бернара?
Ха, он думает, что я на самом деле сломя голову кинусь в эту авантюру. Нет, у меня другая цель, надо заявить о намерениях, а в будущем, когда действительно станет вопрос о производстве телевизоров в СССР, кому надо вспомнят, что некая фирма, кстати, весьма уважаемая и уже ведущая дела с Советским Союзом, что-то такое предлагала. Последнее я и озвучил своему благодетелю.
— Так ты хочешь сделать им предложение, заранее зная, что последует отказ? — Брови месье выгнулись в удивлении.
— А что вас удивляет? — Демонстративно пожимаю плечами. — Не далее как месяц назад вы сами сделали то же самое, на переговорах с покупателем, правда там преследовалась другая цель, но так было.
— А почему ты уверен, что Советы откажутся?
— По многим причинам, но в основном по причине неуверенности, так же как и во Франции, телевидение там только начинает свои первые шаги, поэтому говорить о цвете пока преждевременно. Года через три-четыре может быть и созреют.
Бизнесмен прищурился глядя на меня:
— Хитрец, начиная со мной этот разговор, ты уже все продумал. Ладно, давай свои проекты, надеюсь, ты отнесся к ним серьезно и мне не придется потом краснеть?
Зачем краснеть? Все честно… перерисовано с аналогичных проектов, которых в библиотеке фирмы скопилось много, не скажу, что сдул один к одному, но заимствований много. Все-таки система Советского образования в этом плане рулит, учит заимствованию без всяких комплексов.
— А что ты там за переговоры вел с фирмой Badische Uhrenfabrik.
— Обговаривал возможность заказа кинематики для кассетных магнитофонов.
— Магнитофонов? — Жюль немного отклонился в кресле, чтобы посмотреть на меня, вдруг я так шучу. — А при чем здесь фирма производящая часы?
