«Однажды утром в небе пропало солнце. Вместо яркого солнечного диска остался только черный круг – как будто дырка в небе! Взрослые тут же принялись искать научные объяснения. И только я догадывалась, куда пропало светило…»Каждое утро бог солнца Ра выплывает на небо в сияющей Дневной Ладье и освещает землю. Радуются ему боги и люди, звери и птицы. Вечером же он пересаживается в Ночную Ладью, чтобы освещать Подземный мир. Много опасностей подстерегает солнечного бога Ра в его странствии, но худшая из них – чудовищный древний змей по имени Апоп. Он воплощает в себе мрак и хаос, все самое ужасное и враждебное порядку в мире. Когда в Древнем Египте происходило солнечное затмение, всем было понятно – это Апоп проглотил солнце! Ведь смысл его существования – ввергнуть мироздание в хаос и тьму. Поэтому каждую ночь, век за веком, светоносному богу приходится вступать в битву со змеем.
Анна Гурова
Однажды утром в небе пропало солнце. Вместо яркого солнечного диска остался только черный круг – как будто дырка в небе! А вокруг – ночь.
Просто ужас какой-то.
Взрослые тут же принялись искать научные объяснения.
«Необъяснимое атмосферное явление… Солнечное затмение удивительной кромешности и продолжительности…» Как будто если сказать «мы ничего не знаем» научными словами, что-то станет понятнее!
И только я догадывалась, куда пропало солнце. Но никому не сказала – боялась, что меня будут ругать. А ведь папа предупреждал: «Дашка, ничего в музее не трогай без спроса!»
Нет-нет, я солнце не брала, не думайте! Но вообще-то кое-какое отношение к его исчезновению я имею. Но я не нарочно. Просто я слишком добрая! Всем хочу помочь, спасти… Я же не знала, что некоторые милые, беззащитные с виду зверьки просто притворяются, а на самом деле из-за них может наступить Вечная Ночь!
Как такое могло случиться? Сейчас расскажу…
В тот день я не пошла в школу, потому что накануне гуляла без шапки и слегка простудилась. Родители стали думать, куда меня деть.
– Дашку одну оставлять дома опасно, – сказал папа маме. – Она будет рыться в моих коллекциях и все перепутает.
Папа у меня – археолог. Он работает в Эрмитаже, самом главном музее. Папа – специалист по старинным украшениям. Он разбирается в них, наверно, лучше всех в мире. По одной найденной в земле крошечной бусинке он может сказать, из чего она сделана, кем, где и как выглядело все украшение, от которого она оторвалась.
– Не будет она рыться в коллекциях, – возразила мама. – Правда, Дашка?
– Ну… Я очень постараюсь не рыться, – пообещала я.
Но про себя подумала: «Но мысль интересная, спасибо, папа».
Папа, похоже, прочитал мои мысли.
– Она не выдержит, – сказал он. – У нее уже сейчас глаза загорелись. Вон как смотрит на шкаф, сейчас дыру в нем взглядом прожжет… Может, возьмешь ее с собой на лекцию, она там посидит тихонько?
Мама работает в университете. Она – специалист по древним языкам. Мама умеет расшифровывать таинственные надписи на древних камнях, наверно, лучше всех в мире. Она прочитает любую надпись, хоть бы от нее осталось полторы полустертые закорючки на никому не известном языке.
– Дашка и «тихонько»?! Только на лекции мне ее не хватало! Нет уж, давай ты ее возьмешь в музей, – поставила точку в разговоре мама. – Дай ей там какую-нибудь старинную шкатулочку – пусть она попробует догадаться, что в ней хранилось!
Папа насупился, но спорить с мамой бесполезно, он и сам это прекрасно знал.
– Даша, мы сегодня идем в Самый Главный Музей, – сказал мне папа, когда мы поднялись на крыльцо и подошли к огромной, тяжелой двери служебного входа. – Ты это осознаешь? Ничего не трогай тут без спроса!
– Я знаю, что такое музей, – фыркнула я. – Я буду только смотреть.
– Вот и молодец, – порадовался папа. – Тем более все равно экспонаты лежат в витринах, а каждая витрина закрыта на ключ и подключена к сигнализации. Понятно?
– Да не нужны мне твои экспонаты, и совсем мне не интересно их трогать! – обиделась я.
В Музее было ужасно много народу. Мама говорит, что так бывает каждую весну, когда наступают Белые Ночи, и полюбоваться нашим городом едут люди со всего мира. Но папу это не радовало.
– Ну и столпотворение! Как в метро в час пик! – сердито ворчал он, протискиваясь сквозь толпу. – Давай-ка срежем путь.
– Как?
– Пойдем тайным ходом!
– Ух ты! – обрадовалась я. Вот мне сегодня повезло! Вместо школы – прогуляться по музею тайным ходом!
Папа подошел к посту охраны, доставая пропуск. Пока охранник изучал пропуск, я рассматривала запрещающие знаки, наклеенные на двери за его спиной. Там был красный круг с перечеркнутым мороженым, круг с перечеркнутым фотоаппаратом, круг с перечеркнутой змеей…
Что? Я даже споткнулась от удивления. Змеей? В смысле: «Змей в музей не приносить?» Я хотела потрогать знак и убедиться, что мне не померещилось, но папа уже нажал нужные цифры на кодовом замке, открыл дверь и потащил меня за собой внутрь.
Дальше наш путь пролегал в узком коридоре без окон. Ведь Эрмитаж – это дворец, а как же во дворце без потайных ходов! Сперва мне было интересно, но скоро надоело – тем более все тайные окошечки для шпионажа были давно заделаны. Я даже обрадовалась, когда коридор закончился площадкой возле лифта.
Спуск занял всего несколько секунд, но за эти секунды успело произойти странное событие. Едва лифт тронулся, как свет мигнул и погас, и в полной темноте раздалось жуткое шипение!
– Ш-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш!
Оно донеслось откуда-то из под пола. Я вскрикнула и вцепилась папе в руку.
– Папа! Ты слышишь?! Что это?
Но в этот момент свет в кабине зажегся, и лифт дернулся и поехал дальше.
– Гм, – сказал папа. – Наверно, скачок напряжения.
– Там кто-то ШИПЕЛ! Скажешь, мне показалось?!
– Ну да, был какой-то шум, – равнодушно согласился папа. – Чисто технический звук.
