Дальше я действовал на автомате. Пригнувшись, потащил Самойлова к машине. Вадим с его недюжей силой пришелся как нельзя кстати. Толковый парень. Сделал всё чётко, без суеты, без лишних вопросов. Не зря его Самойлов приметил. Иногда в журналистике могут понадобиться задатки спецназовца. Я бы и сам взял его к себе.
– Здесь налево? – спросил я, повернувшись к Вадиму.
Мы уже подъезжали к его дому.
Парень кивнул.
– Да, следующий дом.
Припарковавшись возле подъезда, я вылез из машины. Ветер тут же сбил дыхание и швырнул в лицо охапку снега. Я быстро прошел к двери подъезда и встал там, дожидаясь, пока этот юный Ромео поможет выбраться из автомобиля своей возлюбленной. Он еще и поцеловать ее успел! Надеюсь, в темноте не было видно, как я закатываю глаза.
Съемная квартира, где жил Вадим, мало чем отличалась от моей. Только была больше на одну комнату, и ремонт был посвежее.
– А когда Макс вернется? – спросила Лена у Вадима, проходя в комнату.
Я проводил полуобнаженную спину девушки долгим взглядом. Вечернее платье как-то не вязалось с тапочками и домашней обстановкой.
– Завтра утром, – ответил Вадим, слегка отодвигая меня широким плечом, чтобы выйти из коридора.
Я усмехнулся себе под нос. Вадим нравился мне всё больше и чем-то напоминал меня в молодости. Только я, в отличие от него, в двадцать не был таким хладнокровным и уравновешенным. Это пришло с годами. А у Вадима это было его чертой характера. Повезло Лене. Надежный парень.
– Глеб, не пугайся, если с утра на тебя обрушится шквал вопросов и дурацких шуток, – со смехом проговорила Лена, выглядывая из кухни.
Я невольно улыбнулся в ответ. Девушка была такой забавной в этом сексуальном платье и с кухонными прихватками на руках. Она уже немного отошла от шока, и на ее лице появился здоровый румянец. В больнице Лена была белее снега.
– Макс – мой сосед, – пояснил Вадим, подойдя к девушке и поцеловав ее в плечо.
Я отвел взгляд и, пройдя на кухню, присел за стол. Разогретый мясной пирог манил аппетитными запахами. Желудок, скованный напряжением последних двух часов, слегка отпустило. Лена заварила ароматный травяной чай, и мне стало совсем хорошо. Даже привычной дозы виски не понадобилось.
Странно, но я чувствовал себя на этой кухне, как дома. Даже парочка, бросающая друг на друга влюбленные взгляды, не раздражала. Только бы вот целовались еще поменьше и вообще цены бы им не было!
Съев свою порцию, я взял горячую кружку в руки и откинулся на спинку стула. Лена уже успела переодеться в огромную футболку, наверняка позаимствованную у своего парня, и мыла посуду.
Я попытался вспомнить, когда в последний раз какая-нибудь девушка надевала мои вещи на голое тело. На ум сразу пришла Алиса. Я, конечно, предпочитал, чтобы она ходила по дому обнаженной, но иногда девушка накидывала мои белые рубашки, и это страшно заводило.
Отхлебнув чая, я уставился невидящим взглядом в спину Лены. И представил, что эта Алиса. Что именно она заварила для меня чай, добавив туда мяту, которую так любит…
Нет.
Хрупкое умиротворение, которое я почувствовал минуту назад, покрылось трещинами. Мне стало неспокойно и пасмурно.
Алиса – не моя. И никогда не была моей. Я давно разлюбил ее, но по привычке цеплялся за созданный образ желанной женщины. Теперь Алиса совсем другая. Она мама. Она замужем за моим братом, и они счастливы. И я рад за них.
И пора уже прекращать устраивать тут страдания юного Вертера. У меня есть дела поважнее. В Самойлова стреляли. И судя по тому, что последнее время он работал только над моей статьей, это был заказ большого босса, положившего глаз на мою компанию.
А еще я не исключал возможности, что стреляли в меня. Мы с Самойловым стояли близко друг к другу. И, если стрелявший был неопытным, рука могла дрогнуть. Или нас обоих хотели припугнуть.
Но статья в любом случае выйдет со дня на день, Самойлов не даст заднюю, я его знаю. И лучше мне на это время где-то спрятаться, чтобы лишний раз не дразнить обнаглевшего босса. Да и Самойлову лучше пока не высовываться.
Я настолько глубоко погрузился в свои мысли, что очнулся, лишь когда Лена пощелкала пальцами перед моим лицом.
– Будешь еще пирог? – спросила она, мягко улыбаясь.
Встряхнувшись, я отрицательно помотал головой. Потянувшись к чайнику, я, не вставая, подлил кипятка в кружку с чаем.
Время было уже позднее. Не уверен, что я смогу здесь уснуть. Но чтобы не смущать ребят, надо хотя бы притвориться уставшим. После выплеска адреналина, трахается особенно сладко. Это я по себе знаю. Остается только надеяться, что шумоизоляция здесь в порядке. Хотя это вряд ли…
Протяжно вздохнув, я уткнулся в свою кружку. И чего я не поехал в гостиницу? На мясной пирог купился или на огромные серые глазища в пол-лица?
– Могли ведь стрелять и в тебя? – вывел меня из задумчивости тихий вопрос Вадима.
Я удивленно поднял глаза. Лена вышла из кухни, и мы с Вадимом остались вдвоем. Мужской разговор, значит…
– Да, – спокойно ответил я. Я уже достаточно знал этого парня, чтобы понимать, что он не начнет кудахтать и рвать на себе волосы.
