Играт выругалась и шевельнула свободной рукой. Бам. В комнате раздался звонкий звук удара, а в следующий миг Герман со стоном схватился за голову. За его спиной угрожающе зависла в воздухе метла.
– Да вы очешуели на подобное спорить? – она замахнулась на Германа повторно, но тот проворно отскочил в сторону и, прикрыв голову, спрятался за спиной Михаила. – И как только у твоей матери – замечательной во всех смыслах женщины – уродился такой подлый сын? До сих пор мстишь за хвост свой сломанный? Так я тебе сейчас не только его сломаю!
– Ай! – Метла больно ударила Германа древком в живот, от чего он согнулся пополам. – Сэм и Руар тоже участвовали в споре! – обиженно прохрипел он. – Почему бьют только меня?
Играт просканировала нас с герцогом магическим зрением и покачала головой.
– Эти и так уже наказаны. У обоих в истинных по ведьме.
Мы с Руаром потрясённо переглянулись. Я видел, что он собирался задать ещё какой-то вопрос, но тут Хази сделала глубокий рваный вдох и закашлялась.
– Играт, – увидев свою настоящую хозяйку, кошка виновато поджала уши. – Прежде чем ты начнёшь ругаться, дай мне сказать!
– Говори, – тоном, от которого даже у меня мурашки пошли, приказала ведьма.
– Агари здесь. Её недавно назначили ректором Академии. Мы веселилась на выпускном, когда я почувствовала отголоски запрещённой магии. Думала студенты балуются, решила припугнуть, чтоб неповадно было. В одной из аудиторий я увидела, как Агари проводит ритуал. Собиралась помешать, но у неё оказался сильный помощник, который меня хорошо потрепал. Я сбежала и собиралась рассказать Самаэлю, но у самой комнаты потеряла сознание. Кстати, спасибо тебе, здоровяк, что подпитал. Я это ценю, – улыбнулась она Балаеву.
– Агари, случаем не ритуал привязки проводила? – вмешался я. Играт удивлённо вздёрнула бровь, и я пояснил: – Махаллат проболталась.
– Да, – Хази кивнула и вновь закашлялась.
– Значит, спустя шестьдесят с лишним лет, она, решила его на своей племяннице повторить?! Да ещё и с истинным моей дочери?! Её совсем жизнь ничему не учит? – продолжала закипать ведьма.
Я жадно выхватывал из разговора крохи информации, пытаясь не упустить ничего важного.
– Тогда ты не дала ей закончить ритуал, – продолжила Хази. – Мы успели вовремя снять с Соломона привязку.
– Я один не понимаю, почему, если вы знали, что Агари уже проводила однажды ритуал привязки, не отдали её под суд? – озвучил мои мысли Руар. – За подобное преступление наказание – смертная казнь.
– Смертная казнь для неё была бы слишком гуманным наказанием. – Заметив непонимание на наших лицах, Играт пояснила: – Агари своими руками лишила себя настоящей истинной связи, разорвав её и пытаясь привязать к себе моего мужа. Точнее себя к нему, потому что технически это так работает. У неё теперь никогда не будет другого истинного, а, следовательно, и детей по собственной глупости.
– Выходит, Махаллат постигнет та же участь? – побледнел Герман, всё ещё с опаской косясь на зависшую в воздухе метлу.
– Если её истинный, почувствовав разрыв связи, не наложит на себя руки от отчаяния, как было с парой Агари, то, может, и не постигнет. Но меня сейчас больше волнуют не эти твари, что хуже тёмных, а моя дочь. Самаэль, ты можешь почувствовать, где она?
Я сделал попытку дотянуться до Лилит по нашей связи, но ничего не вышло.
– Меня сбивает привязка к Махаллат. Сущность не может понять, какую из истинных ей надо искать.
От досады я стукнул кулаком стену, оставляя в ней глубокую вмятину.
– Вы можете избавить меня от этой связи? Вы же уже однажды делали это, – я с надеждой посмотрел на свою будущую тёщу.
– К сожалению, на подготовку и сам ритуал уйдёт много времени. У нас его нет. Сначала надо найти Лилит.
Хоть мне и хотелось поскорее избавиться от мерзкой ложной связи, спорить я с ведьмой не стал. Она всё же в этом вопросе имеет опыт, в отличие от меня.
– А разве нельзя приказать Лилит вернуться? Кристалл то у Самаэля, – Балаев задумчиво почесал макушку.
– Миш, ты как до выпуска доучился? – закатила глаза Хази. – Отдать приказ может только тот, на ком завязано заклинание.
– Всё равно не понимаю, почему она приказала Лилит только покинуть Пятый мир, если у неё в руках была такая власть? Она же могла приказать ей что угодно, даже покончить с собой.
Представив, что подобное могло случиться, меня бросило в холодный пот, а к горлу подкатил комок тошноты.
– К счастью, не могла. Лилит нужна была ей живой, до тех пор, пока не закрепилась бы привязка, потому что вслед за ней умер бы и Самаэль, а за ним по цепочке и сама Алла, – объяснила Играт.
В кармане у Руара настойчиво завибрировал связной артефакт. Увидев, кто тревожит его в столь поздний час, герцог нахмурился, но на звонок ответил.
– Да, мам, ты уже приехала?.. Понял!.. Задержитесь там, скоро будем! – завершив разговор, он повернулся ко мне и с улыбкой выпалил: – Нашлась пропажа. Самаэль, открывай портал к межмировой арке. Мама случайно встретила Лилит и заметила, что с ней что-то не то. Она задержит её, но нам бы поторопиться.
