Они думали, что это просто страсть, увлечение…, но это была любовь. И когда они поняли это, они расстались. Потому что жизнь до этой встречи шла по разным дорогам, и свернуть уже с выбранного пути никто не мог. А дороги эти шли просто параллельно, они вообще стремились в разные направления. Не судьба!
Был май, первые клейкие листочки распускались на березках, и сквозь яркую зелень травы уже пробивались первые цветы, неизвестно о чем перекликались птицы, и среди белых берез, шли, держась за руки двое.
— И ты в таком счастье живешь? — удивилась Эля.
— А ты, что никогда из Москвы не выезжала? — Роман обнял ее и поцеловал.
— Выезжала. Но не с тобой и не сюда!
— Видимо, хорошо, что приехала. Может, останешься.
— А, может, ты лучше в Москву переедешь?
— К кому?
— Ко мне!
— Ты уже решила?
— Да. Пора. Уже полгода, как не женишься?
— Это я не женюсь?
— А кто? Я?!
Роман повернул ее лицом к себе.
— Я не женюсь? Я тебя люблю!
— И я, — ответила Эля, и казенным, торжественным голосом объявила: нам нужно узаконить наши отношения!
Роман тон оценил и засмеялся:
— А незаконно нельзя?
— Можно. Но вдруг ты убежишь?
— Дурочка. Ничего тебя от этого не спасет!
— Ром, — Эля спросила уже серьезно, — Ну давай поженимся!
Роман ответил также серьезно.
— Эля, я не могу!
Эля решила свести все в шутку, опустила взгляд на его штаны.
— Как это? Вчера только мог, а сегодня, как разговор о свадьбе, то не можешь?
— Ну, ты же знаешь, я не могу связывать свою жизнь ни с кем!
— Почему?
— Мало ли что! Может меня убьют, может, посадят, в любом случае, жизнь спокойной не будет!
— Да ну тебя! — Эля засмеялась, — Лучше догони! — и стрелой понеслась через кусты.
— А если догоню, что будет? — крикнул Роман, срываясь с места.
— Что хочешь! — откуда-то издалека раздался голос Эли.
Бежать Роман не мог, и, запыхавшись от быстрого шага, он кое-как доплелся до Эли.
Она стояла, прижимаясь спиной к дереву, обмахиваясь подолом короткой юбки, мелькая при каждом взмахе беленькими трусиками.
— Не догнал! — засмеялась она, когда Роман, наконец, добрался и обнял. — Ничего не получишь!
— Значит, я тебе должен! — улыбнулся Роман. — Чего хочешь?
— Хочу, чтобы сделали это прямо здесь! — торжественно объявила Эля, и доверчиво шепнула на ухо Роману: — Знаешь, я любовью в лесу никогда не занималась!
— Правильно делала, паучки закусают.
— Тебя?
— Почему меня? Ты же будешь внизу!
— Это кто тебе сказал?!
И Эля повалила Романа на траву…
… Год назад Роман окончил факультет журналистики в Москве и вернулся в свой родной город, скорее можно было назвать его городком, одним из районных центров ххх Московской области. Можно было, конечно, попробовать взлететь и выше, но таковы были обстоятельства.
Два года назад у матери случился инсульт, от которого она не оправилась и до сих пор плохо разговаривала, плохо ходила, в общем, нуждалась в поддержке, которую оказывала сердобольная соседка, а в целом коротала свои дни одна.
Роман решил вернуться, тем более что городок свой любил, да и жить было где: в доме своего детства.
Дом этот был сначала бабушкин, но ее Роман не застал.
Вернувшись в родной город, Рома оказался весьма кстати. Через год уходил на пенсию редактор районной газеты, и для руководства района лучшей кандидатуры на освободившуюся должность было не найти!
Свой, местный, знающий район журналист с высшим профильным образованием, чего уж лучше!
И еще у него была одна идея. Через несколько месяцев после назначения, он пришел к главе районной администрации.
Идея заключалась в том, чтобы присвоить району статус национального парка.
Уже долгие годы прекрасную природу леса и озера района загаживали, разрабатывая карьеры для добычи песка, красной глины, щебня и других строительных материалов.
Все это разрабатывалось не для района, а вывозилось на Московские стройки и для нужд смежных областей. Району лишь оставались громадные овраги, разбитые тяжелыми машинами дороги и прочий мусор!
Роман пошел к главе района. Тот выслушал и попросил секретаршу принести чай для двоих и никого не пускать.
— Ты думаешь, мне это нравится? Или думаешь, что я за это взятки беру? Если бы! По каждому такому случаю мне поступает звонок оттуда! — он указал пальцем вверх.
— Эти люди взятки не дают и не просят. Они приказывают!
Могу ослушаться. Но через неделю меня в этом кресле не будет. Будет другой, у которого, будет тоже самое.
Теперь о твоей идее. Давай так. Я тебя не видел, и разговора этого со мной не было. Потому что, как понимаешь, санкционировать любые действия против моих душеприказчиков я не имею право.
А вот общественность, ну, скажем, в твоем лице, эту бучу может поднять! Ты все же не номенклатурный работник, а общественность. И запретить заниматься общественной работой, я тебе не могу.
И Роман начал свою большую битву.
Дело оказалось захватывающим.
Для начала он созвонился с Федеральным министерством и хотел узнать порядок своих действий, и какие документы нужно готовить.
Там его переслали в соответствующее управление. В управлении заявили, что вести такие разговоры он может только с заместителем начальника управления.
Роман записался на прием.
И через месяц уже ехал в Москву на встречу.
Разговор с заместителем начальника, моложавым мужчиной лет пятидесяти, был неожиданно долгим. Тот с интересом выслушав все, о чем рассказывал Роман, задавал вопросы. И заключил все такими словами:
