Опять поднеся стаканчик к губам, я повернула голову и посмотрела на белоснежное, трехэтажное здание с рыжей крышей. В этом районе почти все были такие.
Тихая ночь, изредка проезжающие машины и моя ладонь в его.
А еще один поцелуй, случившийся между нами, когда мы подошли к площади. Остановились там и, вместо того, чтобы думать над тем, куда бы пойти дальше, стояли и целовались.
— Где мои вещи?
— Насчет этого… — остановившись посередине своей спальни, я окинула ее взглядом. У Лонго не было много вещей, но, после того, как я убрала их отсюда, в комнате стало просторнее. То есть, было невозможно не заметить то, что я их куда-то убрала. — Пошли, покажу.
Оставив куртку на спинке стула, я проскользнула мимо Матео и вышла в коридор. Чувствуя, что он пошел за мной, направилась вперед.
Уже было примерно три часа ночи. Следовало ложиться спать, а я понятия не имела, как сделаю это после такого свидания. Как мне вообще теперь себя вести?
— Вот, — я толкнула дверь и вошла в комнату. — Теперь это твоя спальня.
С первого вдоха я закашлялась. Мысленно выругалась и с ужасом посмотрела на окно. Какого черта я его не оставила открытым? Тут настолько сильно воняло плесенью и хлоркой, что меня даже мутить начало.
— Я тут все вымыла. Видишь, пол чистый. Кровать перестеленная. В шкафу нет пыли, но… — я пошла к окну и, открыв его, сделала глубокий вдох. — Просто нужно немного лучше проветрить. Только, второе окно не открывается. Во всяком случае, у меня не получилось. Может, ты попробуешь.
Не получив ответа на свои слова и, почувствовав некую тяжесть, я обернулась к Лонго. Он до сих пор стоял в коридоре, словно даже заходить в эту комнату не собирался.
— Ты решила переселить меня в другую спальню? — посмотрев на дряхлую кровать, он медленно перевел на меня тяжелый взгляд.
— Разве это не хорошо? Нам больше не придется тесниться в одной комнате.
Лонго поднял руку и жестом указал, чтобы я подошла к нему.
— Мне кажется, или ты чем-то недоволен? — спросила, настороженно идя к нему. — Я понимаю, что эта комната не самая лучшая, но я обошла весь дом прежде чем выбрать ее. И я целый день тут убирала.
Стоило мне подойти к дверному проему, как Матео взял меня за руку и вытянул в коридор. Прижил к стене и, наклонившись, мрачно посмотрел мне в глаза:
— Скажу это в первый и в последний раз. Моя госпожа никогда и ни при каких обстоятельствах не смеет принимать какие-либо решения без моего разрешения. Ты же не хочешь, чтобы я был плохим?
Эту ночь мы с Лонго опять спали в моей комнате. Я изначально легла на край кровати, но ночью проснулась, с ужасом понимая, что лежала поперек матраса, закинув ноги на Лонго.
Быстро вернувшись на край кровати, я почти сразу заснула, а когда опять проснулась, Матео уже не было рядом.
Оказалось, что уже семь утра и резко садясь на кровати, до меня только сейчас дошло, что вообще-то я не просто так проснулась ночью. Это будильник пытался меня растормошить, а я его, судя по всему, выключила и проспала свою подработку.
Написав администратору сотню извинений, я попросила на сегодня выходной. Все равно выбора не было. Смена уже два часа, как началась.
И, раз у меня сегодня был выходной, я перед учебой решила кое-куда поехать.
Быстро собравшись, я с двумя пересадками добралась до нужного места и уже через полчаса стояла около ворот огромного особняка.
Он принадлежал Жервасио Гравано. Очень жестокому и опасному мужчине, к которому было лучше вообще не приближаться. На данный момент Гравано являлся главным юристом семьи Медичи. А если быть точнее — клана Коза Ностра.
Но в прошлом он был юристом моего отца и, когда я на чердаке нашла договор папы и Гаспара Лонго, с этими бумагами пошла именно к Гравано.
В первую очередь по той причине, что к обычным юристам с такими договорами лучше не идти. Они таких нюансов не знают. Да и не захотят связываться. Кто-то вообще мог вызвать полицию.
Но, когда я пришла к Гравано, изначально думала, что он меня вышвырнет. Будучи частью Коза Ностры, он не имеет права помогать кому-либо еще, вот только, узнав, что пришла дочь Карлоса Верди, он не только принял меня, но и, прочитав договор, разложил все по полочкам.
Более того, Гравано обещал поднять вопрос долга среди Коза Ностра. Просто, чтобы про него услышали и это так же стало известно всем остальным. Пожалуй, это как раз и была причина, по которой Гаспар Лонго меня сразу не убил и не закопал где-нибудь в лесу. Иначе бы все узнали, что он свое слово не держит и долг не возвращает.
То есть, Гравано я была обязана жизнью и мне было стыдно, что я пришла к нему с пустыми руками, но не знала, чем могу отплатить такому человеку. Может, как-нибудь позже получится это сделать.
Собравшись позвонить в звонок и, через охрану попросить встретиться с Гравано, я увидела, что ворота открылись. На дорогу выехала машина, но около тротуара она остановилась и стекло опустилось. За рулем сидел Гравано.
— Здравствуйте, — я тут же пошла к краю тротуара. — Простите, что опять вас тревожу, но могу ли я с вами поговорить? Это много времени не займет.