— Из семьи у меня остались лишь мачеха и две сводные сестры. Поскольку я живу тут, думаю, ты уже должен догадываться, что отношения у нас очень натянутые. Кармин мне рассказал кое-что про них. То, чего я не знала, но это касается меня. И, вроде как какая мне разница, что происходит в их жизни, но, с другой стороны, эти суки унижение для моего покойного отца и я надеюсь, что когда-нибудь смогу им отплатить.
Поставив тапочек на ковер, я обулась, затем, выдохнув, посмотрела в сторону окна. Оказывается, луна сегодня очень яркая. Когда привыкаешь к темноте, начинаешь это понимать.
— И что же этот уебок рассказал тебе про них?
— Наши мгновения откровений должны быть обоюдными, — опираясь рукой о диван, я повернулась к Лонго. — Теперь твоя очередь. Что твой отец сделал с твоей матерью?
Я не просто так ладонью оперлась о диван. Еще заметно пальцами касаясь руки Матео, я почувствовала, как она напряглась. Настолько сильно, будто вовсе превратилась в раскаленную сталь.
Возможно, что-то промелькнуло в его глазах, но света луны было мало для того, чтобы это понять.
— Взял в жены и сделал самой счастливой женщиной в мире, — голос Лонго ножом прошелся по коже.
— То есть, ты не собираешься мне это рассказывать? — ранее я сомневалась. Вообще считала, что, возможно, неправильно услышала или поняла слова Леона, но теперь была уверена, что-то действительно не так. Об этом твердило напряжение в теле Матео.
— Я не понимаю, что ты хочешь услышать и с чего вообще задаешь такие идиотские вопросы.
— Понятно, — выдохнув, я завозилась в одеяле, после чего упала на бок и, отталкиваясь ногой о пол, попыталась взобраться на диван.
— Что ты делаешь? — Матео замер, смотря на то, как я на нем крутилась, как гусеница. Наверное, нужно было размотаться с одеяла, но без него жутко холодно.
— Пытаюсь на тебя залезть. Строго не суди, я впервые взбираюсь на парня, — коленкой ударив его ногу и локтем опершись о живот, я кое-как доползла выше и наконец-то смогла более-менее нормально лечь на Лонго.
— И зачем ты завалилась на меня? — спросил Матео, но пока что не сталкивал меня на пол. Хотя в его характере как раз было это сделать.
— Мне показалось, что тебе сейчас нужны объятия. И еще совесть, но ее я тебе дать не могу.
— С хрена ли мне нужны объятия?
— Может, обниму тебя и ты станешь добрее, — я лицом уткнулась в его ключицу.
Мне казалось, что я макушкой физически ощущаю взгляд Матео. Но он все так же лежал и не двигался.
— И чего ты не обнимаешь? — спросил он, спустя примерно минуту тишины.
— Подожди немного. Для этого нужно достать руки из-под одеяла, а тут холодно, — сказала, зевая. — Сейчас морально приготовлюсь и обниму.
Немного поерзав, я окончательно пригрелась на Матео, не замечая того, как заснула. И это был по-настоящему сладкий сон.
Просыпаясь, я поерзала и потянулась, поежившись от прохладного воздуха, коснувшегося обнажившейся ноги. Еще не прояснившимся сознанием, не понимала, почему внезапно моя кровать стала такой твердой. Да и какая разница? Главное, что мне хорошо и тепло. Причем, настолько, как никогда раньше. Даже не заботил мой будильник, играющий где-то совсем неподалеку.
Но, все же вновь потянувшись и пальцами прикоснувшись к чему-то горячему, я сначала застыла, а затем резко открыла глаза.
Солнце только начало всходить, но даже первых мягких лучшей было достаточно, чтобы я увидела того, на ком лежала. Матео.
Он спал, а я, практически не дыша вспомнила о том, что было ночью. Я что ли отключилась на нем?
Стало неловко и стыдно. Сжавшись, я вовсе собиралась немедленно слезть с Лонго, но вместо этого почему-то опять засмотрелась на него. На растрепанные волосы, смуглую кожу и сейчас расслабленные черты лица. Все-таки Матео очень привлекателен. Настолько, что от одного взгляда на него, по коже рассыпались мурашки. И чем такому, как он, могла понравиться такая, как я?
Дыхание Матео изменилось и он медленно открыл глаза, сразу же встречаясь со мной взглядом.
— Почему ты до сих пор валяешься на мне? — голос Лонго был хриплым. Даже по нему ясно, что он до конца не проснулся.
Но наш зрительный контакт прожег. Ощущался хуже, чем огоньки коснувшиеся кожи.
Под ним и правда немедленно захотелось слезть на пол, но, удержав себя, я еще более пристально посмотрела на Лонго. Даже прищурилась.
— Я хочу услышать комплимент, — сказала требовательно. Наверное, прозвучало глупо, но я, боясь, что передумаю, буквально выпалила эту фразу.
Лонго поднеся руку к своим растрепанным волосам, так и оставил ее в таком положении. Приподнял бровь.
— Что ты хочешь услышать?
— Комплимент.
— А я тут причем?
— Ты же мой парень. Поэтому, говори.
Несколько секунд Лонго молча смотрел на меня, затем шумно выдохнул и попытался спихнуть меня с себя. И у него почти получилось, но я вовремя успела ухватиться за него.