Улыбка сразу сползла с моего лица. А не специально ли Назар всё это подстроил? Может, он знал, что у нас намечается важная ночь? Интриган сероглазый!
— Ага, — промычала я. Ответного привета Назар от меня не дождется.
Распрощавшись с печальным Владом, я умылась и переоделась в любимую пижаму. Алия уже умчалась на крыльях любви к своему Алексею Павловичу, и я осталась совсем одна. Взяв с полки недочитанный любовный роман, я тяжело вздохнула и нырнула под одеяло. Буду читать про неземную любовь и мечтать о Вадиме…
Вадим убрал телефон в карман и задумчиво уставился в окно. Я глотнул пива из бутылки и переглянулся с парнями. Я все-таки сделал это. Сорвал первый раз Ули и Вадима. Стыдно ли мне? Ни фига! Я готов организовать нашествие НЛО, если это оттянет момент, когда голубоглазая окончательно станет принадлежать другому.
— Крепко тебя зацепила эта крошка, — повернулся к Вадиму мой однокурсник Макс.
Вадим помолчал, крутя в руках бутылку, потом исподлобья посмотрел на парня.
— Мне кажется, я влюбился.
Макс хохотнул. Сам он влюблялся с периодичностью раз в месяц.
— Я ее видел. Вполне тебя понимаю.
Вадим потер ладонью подбородок. Думает, наверное, какого хрена он сейчас здесь, а не со своей Улей. Я бы на его месте послал всех и рванул к ней.
— Увидишься со своей Джульеттой завтра, — усмехнулся я, расслабленно закидывая ногу на ногу.
А мне придется поломать голову, как не дать им завтра лечь в одну кровать. Сослаться на нехватку мест и подложить третьим Макса, чтобы тот своим храпом напрочь сбил романтический настрой? Или напоить обоих так, чтобы им даже целоваться тошно было? Я устало прикрыл глаза. Херня какая-то в голову лезет…
Утро началось с зычного голоса Макса. Он фальшиво напевал что-то из раннего Витаса и громко шуршал на кухне.
— Макс, заткнись, а! — простонал я, отрываясь от подушки.
Вчера уже поздно вечером, когда всё пиво было выпито, я поленился подняться в спальню и отрубился прямо на неудобном диване. Все тело ломило. А узор от декоративной диванной подушки, подозреваю, навсегда отпечатался на моей помятой физиономии.
Я резко сел и потер лицо. На соседнем диване дрых Серега, боксер-тяжеловес, с которым мне посчастливилось познакомиться на тренировках. Тренер, чтобы натаскать меня, постоянно ставил с Серегой в спарринги. Синяки и кровоподтеки прошли, а дружба осталась.
Вадима и Леху, моего бывшего одноклассника, видно не было. Я повернулся к Максу, который заваривал себе доширак.
— Макс, твоей отравой весь дом провонял. И так фигово.
Парень ехидно ухмыльнулся.
— Это на тебя годы давят. Я бы приготовил тебе супчик, да морковки нет.
— Иди на хер, — пробурчал я, разминая шею.
Погруженный в свои невеселые мысли, я пропустил, как со второго этажа спустился Вадим.
— Здорово, именинник! Выглядишь хреново, — потрепал он меня по плечу, заставив поморщиться. Мышцы болели, будто я всю ночь осваивал камасутру, а потом забылся коротким неспокойным сном на продуваемом всеми ветрами холодном полу. Старею, что ли?
— Ты зато, как ландыш, цветешь и пахнешь, — огрызнулся я, покосившись на друга.
И ведь, действительно, выглядел Вадим так, будто и не просидел с нами полночи. Свежий, бодрый, от ослепительной улыбки аж зубы сводит. Хотя, если бы меня ждала такая малышка, как Уля, я бы тоже сиял, как влюбленный идиот.
— Ты когда в город поедешь? — спросил меня Вадим, отодвигая Макса с дошираком в сторону и включая чайник.
— Не терпится девочку свою потискать, — фыркнул Макс, наматывая лапшу на вилку.
— Не завидуй, — с ухмылкой бросил Вадим, доставая с полки кофе.
Потянувшись, я встал с дивана и подошел к Вадиму.
— Отвезу я тебя к твоей Уле, дай только проснусь, — буркнул я, забирая у него банку с кофе.
Никогда в своей жизни я еще так долго не просыпался. Я даже на пробежку вокруг дома вышел, затянув с собой Серегу. Потом был душ. Я стоял, как идиот, минут двадцать под струями прохладной воды и офигевал сам с себя. Детский сад какой-то! Ну потяну я время, ну увидится Вадим с Ульяной чуть позже. А что от этого изменится? Да ничего! Кроме того, что я, блять, скоро начну скрипеть от чистоты.
Потом я готовил на всех яичницу и неторопливо завтракал. Подозреваю, даже в Англии не относились к завтраку так основательно, как я в это утро.
Вадим раздраженно барабанил пальцами по столу и посматривал на свои наручные часы. Парни ржали, думая, что я специально издеваюсь над другом.
— Я надеюсь, ты сейчас не будешь мыть посуду и готовить обед? — на последней стадии кипения поинтересовался Вадим.
Я неторопливо встал, убрал посуду в раковину и, взяв со стола ключи от машины, повернулся к другу.
— Поехали, Ромео.
На следующее утро мне позвонила Алия.
— Ну? — сразу без приветствия выдала она.
Я только что сделала себе бутерброд и теперь смотрела на него голодными глазами.
— Что ну?
— Вы переспали? — тяжело вздохнув, спросила подруга.
— Не-а, — сдержанно ответила я, продолжая гипнотизировать свой завтрак.
В трубке повисло долгое молчание. Сколько в нем было невысказанных вопросов и восклицаний.
