Утром я еще не успела очнуться ото сна, как образ Назара вспыхнул в моей голове. Он хочет быть со мной! Еще не проснувшееся сердце подскочило и пустилось вскачь. Встав с кровати, я раздвинула шторы и улыбнулась пасмурному ноябрю за окном. Сегодня даже эта мрачная погода казалась мне прекрасной.
Взяв телефон в руки, я замерла. Позвонить? Или это будет слишком навязчиво? Назар же сказал, что придет ко мне после пар. Наверное, он сейчас занят. Жарит свою божественную яичницу или моется в душе или даже вышел на пробежку. Думает ли Назар сейчас обо мне? Мне хотелось бы верить, что думает, не переставая…
Напевая себе под нос, я собралась на учебу за рекордно короткое время. Позавтракав, я быстро вымыла посуду и, накинув куртку, выскочила на улицу. Не подававший признаков жизни телефон слегка нервировал. Но сияющее внутри меня солнце вытесняло все плохие мысли. Сегодня мы с Назаром увидимся, и ради него я готова быть смелой и решительной!
В универе я издалека увидела группу Вадима, но его самого не было. Подойдя ближе, я поздоровалась. Парни, с которыми я виделась вчера у Вадима, были здесь.
— А Вадим решил прогулять? — улыбнулась я.
Парни как-то странно переглянулись. Один из них хмуро выдавил:
— Рано утром ему позвонили. Его подругу на Скорой увезли в больницу. Он поехал к ней.
До меня не сразу дошел смысл слов. Я смотрела на них и продолжала улыбаться. Подруга? Надеюсь, не…
— Лена? — хрипло выдохнула я. Воздуха стало катастрофически не хватать. Я просто не могла представить жизнерадостную рыжеволосую девушку в стерильных безликих стенах больницы.
— Да. У нее что-то с легкими, — мрачно ответил однокурсник Вадима.
Черт! Кровь отлила от головы, в ушах зазвенело. Господи, пусть всё будет несерьезно…
Трясущимися руками я достала телефон и набрала Вадима. Бесконечные длинные гудки. Пара уже давно начались, а я стола посреди опустевшего холла и побелевшими пальцами прижимала к уху телефон. Вадим не отвечал.
Чувствуя, как холод пробирается под кожу, я лихорадочно открыла номер Назара. Пожалуйста, пусть всё будет хорошо… Пусть всё будет хорошо… Это же Лена! С ней не может случиться ничего плохого!
Назар не отвечал.
Кажется, меня звали преподаватели, кто-то выкрикивал мою фамилию, но я продолжала упрямо набирать номера. Снова и снова. Ни Вадим, ни Назар трубку не брали… Я позвонила Лене. Абонент отключен.
Я чувствовала себя пьяной, мысли путались. Всё это казалось страшным сном. Паника подступалась всё ближе. Куда ехать? Я не знала, в какую больницу отвезли Лену. Единственный выход — ехать к ней домой. Может, соседи знают…
Выскочив на улицу, я поймала какую-то попутку с подозрительным мужиком за рулем. Но меня это не волновало. Я пыталась справиться с дрожью в теле и успокоить себя. С Леной всё хорошо! Возможно, легкое недомогание, и медики Скорой, чтобы перестраховаться, отправили девушку в больницу. Такое же может быть? В больницу ведь отвозят не только серьезных больных?
Но почему Вадим с Назаром не берут трубку?!
Я нервно ёрзала на сидении и крутила во вспотевших руках телефон. Когда он вдруг зазвонил, я дернулась так, что водитель вздрогнул и забористо выругался.
Это был Вадим.
— Вадим, как Лена?! — мой голос дрожал. Пожалуйста, пусть всё будет хорошо…
— Лена в реанимации, — помертвевшим голосом ответил Вадим. — У нее отёк легких, ей сейчас откачивают жидкость.
Внутри всё оборвалось. Я судорожно вцепилась в телефон, будто он был моей единственной точкой опоры. Лена в реанимации. Мой мозг категорически отказывался в это верить. Это какая-то ошибка!
— Мы же видели ее вчера, всё было хорошо, — с каким-то ожесточением убеждала я. Кого? Себя? Вадима?
— Утром Лене стало плохо, и родители вызвали Скорую, — устало проронил Вадим.
Ему было хреново. Гораздо хуже, чем мне. Вадим знал Лену с самого детства, они были родными друг другу людьми… А Назар?! Каково ему?
Внутренности скрутило от боли.
— Назар там? — задыхаясь, спросила я.
— Да.
Я практически согнулась пополам на сидении. Меня будто засунули в большой полиэтиленовый мешок и оставили загибаться. Бессилие, боль, страх, неверие. У меня болело всё — и душа, и тело — от осознания того, что сейчас испытывает Назар.
Я должна быть рядом. Я должна принять на себя хотя бы тысячную часть его боли.
— В какой вы больнице?
— Первая городская.
Ответ Вадима прозвучал словно сквозь толщу воды. Я плохо воспринимала реальность.
— Я еду, — успела сказать я, прежде чем трубка выскользнула из одеревеневшей руки.
Телефон упал на пол автомобиля. Я медленно нагнулась за ним, удивляясь тому, как тело перестало слушаться меня.
— Девушка! Мне куда ехать? В больницу?
Резкий голос водителя — словно пощечина. Я выпрямилась.
— Да, первая городская, пожалуйста.
Мужчина с подозрением посмотрел на меня через зеркало. Мой голос звучал слишком ровно и спокойно.
Мне надо увидеть Назара. Узнать, как Лена.
У меня был план.
Этот план держал меня, пока я поднималась на третий этаж больницы. Пока надевала бахилы и халат. Пока искала глазами знакомые лица. Он держал меня до последнего. Но весь мой план рассыпался в крошево, когда я увидела Назара.
