– А вот как, – отвечал визирь. – Справа блюдо с огнем поставим, а слева блюдо с золотом. Коли схватится он за огонь, стало быть, ум у него не дозрел, стало быть, он еще дитя. А вот если он золото схватит, стало быть, у него уже есть смекалка, стало быть, он уже не дитя, – вот тогда и убей его.
Подвели Давида к столу. Справа был огонь, слева – золото. Давиду сказали:
– На, Давид, бери что хочешь.
У Давида глаза разбежались. Протянул он руку к золоту, но по произволению Божьему ангел взял его за руку и поднес ее к блюду с огнем. Давид схватился за огонь – огонь так и прилип к его пальцам.
Тогда он палец с огнем сунул в рот и обжег себе язык. Заревел, завизжал Давид от боли. Исмил-хатун обняла его и сказала:
– Ну что, Мелик, теперь ты удостоверился? Давид – сущий младенец, смекалки у него еще нет, убивать его – грех.
Тут заговорил визирь:
– Давид – ребенок, ум у него еще не дозрел, грешно убивать Давида!
– Добро! – рассудил Мсра-Мелик. – Дарю я вам Давида. Пусть живет!
Обжег себе язык Давид и стал косноязычным. Так его с той поры и прозвали: «Тлол Давид» – Косноязычный Давид.
Недели две-три Давид жил-поживал во дворце.
Нрав у него был беспокойный, шальной. Вот как-то раз вышел он на улицу, пошел по городу, добрался до Мсра-Меликовой оружейной. Дверь в оружейную была отворена. Давид спустился по лестнице. В оружейной большущая палица лежала.
– Хорошая игрушка! – сказал Давид, взял палицу, взмахнул ею да как грянет об пол! Гром пошел по городу. Горожане перепугались насмерть: подумали, землетрясенье.
Мсра-Мелик пробудился от сна.
– Это грохот от моей палицы, – сказал он. – Поглядите, кто взял мою палицу и что сталось с городом?
Визирь смекнул, что палицу мог взять только Давид. Побежал в оружейную, остановился у входа.
– Эй, Давид! – крикнул визирь. – Бога ты не боишься? Что ты там делаешь? Вылезай скорей! А то сейчас сюда Мсра-Мелик придет, и тебе достанется!
Давид бросился наутек.
Мсра-Мелик прибежал, совсем было задохнулся от быстрого бега, остановился у дверей оружейной, спросил:
– Визирь! Кто это палицей грохнул?
– Много лет тебе здравствовать, Мелик! – молвил визирь. – Когда я сюда прибежал, дверь была отворена, но в оружейной никого нет.
– Это, уж верно, Давид. Кто еще, кроме Давида, мог бы поднять мою палицу?
Мсра-Мелик рвал и метал. Кинулся искать Давида по всему городу, да так и не нашел и вернулся к себе во дворец. Давид спал около тонира.
Мсра-Мелик снял с лука тетиву – хотел удушить Давида. Но тут подоспела Исмил-хатун и схватила Мсра-Мелика за руку:
– Мелик! Что ты делаешь?
– Я удавлю этого щенка! – вскричал Мсра-Мелик. – Он с моей палицей играл, такой поднял грохот, что все подумали – землетрясенье!
Исмил-хатун грудь обнажила.
– Мелик! – сказала она. – Убьешь Давида – в яд для тебя превратится мое молоко!
– Знай, матушка, – крикнул Мсра-Мелик, – Давид – змеёныш! Каждый миг я жду от него беды. Довольно! Я с ним покончу.
На ту пору вошел к ним визирь и, услышав такие речи, сказал:
– Зачем убивать Давида, кровь проливать, грех на душу брать? Пошлите лучше Давида в его отчий край – в Сасун!
Приготовила Исмил-хатун хлеба на девять дней, девять пар трехов [
– Иди, сынок! – сказала она. – Иди к дядям, иди в страну своего отца. Да хранит тебя господь!
Тут Мсра-Мелик поднял меч и сказал:
– Э, нет! Давид должен сначала пройти под моим мечом, только тогда отпущу я его в Сасун.
– Чтобы я прошел под твоим мечом? Как бы не так! – молвил Давид.
– А что ж тут плохого, Давид, если ты пройдешь под мечом? – вмешался визирь. – Пройди, а потом ступай себе с богом в Сасун.
– Не пройду! – объявил Давид. – Мсра-Мелик для того заставляет меня пройти под его мечом, чтобы впоследствии, когда я подрасту, я не поднимал меч на него, чтобы он поднял меч на меня, а я чтобы не трогал его. Пусть хоть тысяча Мсра-Меликов потребуют этого от меня – не пройду! Я скорее под покрывалом моей матери пройду, только не под мсырским мечом!
– Так ты не пройдешь под моим мечом? – заревел Мсра-Мелик.
– Не пройду, – отвечал Давид. – Что хочешь делай со мной – не пройду!
Тут визирь взял Давида за руку, чтобы под мечом его провести. Но Давид увернулся, прошел мимо меча, задел мизинцем за камень – из камня искры посыпались.
Мсра-Мелик ужаснулся.
– Давид еще малыш, а что вытворяет! – молвил он. – Дай подрастет – весь мир разрушит!
Тут Исмил-хатун и визирь пали к ногам Мсра-Мелика, начали просить его, убеждать: Давид, мол, еще несмышленыш, да к тому же блажной, пусть себе идет в Сасун, и мы от него избавимся.
В Мсыре проживали два пахлевана: Батман-Буга и Чарбахар-Ками. Мсра-Мелик позвал их и сказал:
– Уведите Давида за семь гор, на Батманский мост. Там убейте Давида, а капу [
Пахлеваны собрались в дорогу. Давид поцеловал Исмил-хатун руку, попрощался с ней и пошел.
