Давно и недавно полностью

…В конце января Питкянен, благополучно проделав в одиночку обратный путь по озеру, прибыл в Пудож, а затем в Беломорск. Архивные документы говорят о том, что его работа, его первая ходка получила хорошую оценку. Им были довольны Куприянов, Власов и, конечно же, Андропов. Разумеется, Юрий Владимирович детально расспрашивал, гладко ли прошёл лыжный переход, как справились с ним девушки — Шура и Феоктиста, где у финнов проложена контрольная лыжня, какая обстановка на Бараньем берегу.

Короче говоря, Андропов радовался, что не ошибся в своём выборе: Аате Питкянен, как никто другой, годился для подпольной работы.

Следствием всего этого явился протокол от 17 февраля 1942 года:

Обращает на себя внимание одно обстоятельство. Почему Питкянен до сих пор числится в комсомоле? Ведь он — член партии Канады с 1930 года. То ли сам Аате не стремится в партию большевиков, то ли кто-то препятствует этому? Как же так? Гордость карельского спорта, специалист секретного участка связи — и не в партии…

Мне кажется, дальновидному Андропову хотелось, чтобы Аате оставался подольше комсомольцем, чтобы был под его, Андропова, крылом, и всё сделанное шло бы в копилку ЦК комсомола. Поэтому и рождается у руководителя карельского комсомола несколько смелых планов.

Однако у ЦК партии на способного Питкянена свои виды. В архивной папке с документами Аате хранится «Учётная карточка подпольщика». В графе «должность» написано: «Связной ЦК партии Карелии». А поэтому ЦК партии разрабатывает свой план.