Все началось в холодной крепости, в высокогорье, которое когда-то принадлежало Йа-Кеведу.
А закончилось в Разломе.
Дыхание Далинара застыло облачком, когда он оперся о каменный подоконник. В комнате позади него солдаты перетаскивали стол с разложенной на нем картой.
— Взгляни туда, — велел Далинар, указывая на что-то за окном. — Видишь тот выступ внизу?
Адолин, которому теперь было двенадцать — уже почти тринадцать — лет, высунулся из окна. Снаружи стена каменной крепости выдавалась на уровне второго этажа, из-за чего забраться по ней наверх было бы сложно, однако каменная кладка обеспечила удобную опору в виде выступа прямо под окном.
— Вижу, — подтвердил Адолин.
— Хорошо. Теперь смотри. — Далинар махнул рукой солдатам в комнате, и один из них дернул за рычаг. Каменный выступ втянулся в стену.
— Он движется! — вскричал Адолин. — Сделай это еще раз!
Солдат подчинился и с помощью рычага заставил выступ сперва высунуться, а потом снова втянуться в стену.
— Здорово! — Адолина, как обычно, переполняла энергия. Сумей Далинар использовать ее на поле боя, для победы ему не понадобились бы осколки.
— Как думаешь, для чего это построили? — спросил Далинар.
— Если кто-то будет взбираться по стене, можно сделать так, что он упадет!
— Защита от осколочников. — Далинар кивнул. — От падения с такой высоты доспех треснет. Еще в крепости имеются специальные коридоры — они слишком узки для того, чтобы как следует сражаться в доспехе и с мечом.
Далинар улыбнулся. Кто знал, что такая драгоценность прячется в высокогорье между Алеткаром и Йа-Кеведом? Эта одинокая крепость окажется хорошей преградой, если и впрямь вспыхнет настоящая война с веденцами.
Он жестом попросил Адолина отойти назад, затем закрыл окно и потер замерзшие руки. Комната была украшена в стиле охотничьего домика, с развешанными на стенах трофеями забытой охоты на большепанцирников. Один из солдат разжигал пламя в очаге.
Стычки с веденцами постепенно сходили на нет. Хотя несколько последних сражений оказались разочаровывающими, Далинар испытывал безграничное удовольствие оттого, что с ним сын. Адолин, разумеется, не участвовал в битвах, но присоединялся к остальным во время тактических совещаний. Далинар сперва полагал, что генералов будет раздражать присутствие ребенка, но обижаться на маленького Адолина было трудно. Он был очень серьезным и проявлял сильную заинтересованность.
Пора вернуться к младшим офицерам Далинара за столом с картой.
— Итак, — сказал Черный Шип сыну, — давай проверим, насколько ты был внимательным. Где мы сейчас?
Адолин наклонился и указал точку на карте:
— Это наша новая крепость, которую ты отвоевал для короны! Вот тут раньше пролегала граница. А синим нарисованы новые земли, которые мы забрали у воров-веденцев. Они удерживали наши владения целых двадцать лет!
— Отлично, — похвалил Далинар. — Но мы выиграли не только землю.
— Торговые договоры! — воскликнул Адолин. — Ради них и пришлось затеять ту официальную церемонию. Ты и тот веденский великий князь, в парадной униформе. Мы заполучили право купить уйму вещей задешево.
— Да, но это не самое важное из того, что мы выиграли.
Адолин нахмурился:
— Э-э… лошади…
— Нет, сын, самая важная вещь, которую мы заполучили, — это легитимность. Подписав новый договор, веденский король признал, что Гавилар — законный правитель Алеткара. Мы не просто защитили свои границы, мы предотвратили большую войну, ибо теперь веденцы признают нашу власть.
Адолин кивнул.
Отрадно было видеть, как многого можно добиться в политике и торговле, в огромном количестве убивая солдат противника. Эти последние годы, полные стычек, напомнили Далинару, для чего он живет. Более того, они дали ему что-то новое. В молодости он воевал, а по вечерам пил со своими солдатами. Теперь же должен объяснить свой выбор, озвучить его для ушей нетерпеливого мальчика, который задавал вопросы обо всем — и ожидал, что отец ответит.
Буря свидетельница, это было непросто. Но Далинару нравилось. Невероятно нравилось! Он не собирался возвращаться к бессмысленному прожиганию жизни в Холинаре, к вечеринкам и дракам в тавернах.
Черный Шип с улыбкой принял кружку с подогретым вином, не переставая рассматривать карту. Хотя Адолин был сосредоточен на регионе, где они сражались с веденцами, взгляд Далинара притягивала другая часть.
Там карандашом были записаны цифры: количество солдат, которое он запрашивал для похода на Разлом.
— Виим качи эко! — воскликнула Эви, входя в комнату; она обхватила себя руками за плечи, дрожа. — И я-то думала, что в Центральном Алеткаре холодно. Адолин Холин, где твоя куртка?
Мальчик оглядел себя, будто удивляясь тому, что она не на нем.
— Э-э… — Он покосился на Телеба, который просто улыбнулся и покачал головой.
— Беги, сынок, — сказал Далинар. — У тебя сегодня урок географии.
— Могу я остаться? Не хочу покидать тебя.
