Он так и не сказал Такксу правду. Когда Кэл застыл во время учебного боя, это было не из страха. Он был уверен, что может навредить кому-то. На самом деле Каладин осознал, что может убить, если понадобится.
Именно это его и напугало.
Каладин сидел на куске камня, похожем на расплавленный обсидиан. Камень вырос прямо из земли в Шейдсмаре — месте, которое выглядело нереальным.
Далекое солнце не сдвинулось в небе с тех пор, как они сюда прибыли. Неподалеку один из странных спренов страха полз по берегу моря стеклянных бусин. Размером с рубигончую, но длиннее и тоньше, он смутно напоминал угря на коротких лапах. Фиолетовые усики на его голове зашевелились и сместились в направлении Каладина. Не ощутив в нем ничего интересного, спрен продолжил путь вдоль берега.
Сил приблизилась беззвучно, но он заметил, что сзади подступает ее тень: как и прочие тени в этом месте, она указывала на солнце. Спрен села рядом на кусок стекла и опустила голову ему на плечо, держа руки на коленях.
— Другие все еще спят? — спросил Каладин.
— Да. Узор следит за ними. — Она сморщила нос. — Странно.
— Он милый, Сил.
— Вот это и странно.
Она болтала босыми ногами, как обычно. Это казалось еще более странным здесь, на этой стороне, где Сил была человеческого роста. Небольшая стая спренов пролетела над ними: они были распухшие, с длинными крыльями и развевающимися хвостами. Вместо головы у каждого имелся золотой шар, плывущий прямо перед телом. Что-то знакомое…
«Спрены славы», — понял он. Это было похоже на спренов страха, чьи усики виднелись в реальном мире. Там проявлялись лишь части настоящих спренов.
— Итак… — проговорила Сил. — Не собираешься поспать?
Каладин покачал головой.
— Ну, меня знатоком людей не назовешь, — сказала она. — Например, я до сих пор не поняла, почему лишь в нескольких ваших культурах есть поклонение мне. И все-таки я точно где-то слышала, что вам полагается спать. Вроде каждую ночь.
Он не ответил.
— Каладин…
— Что насчет тебя? — проворчал он, глядя в сторону, вдоль перешейка земли, который обозначал, где в реальном мире река. — Разве ты не спишь?
— Мне когда-нибудь нужен был сон?
— Разве это не твоя земля? Откуда ты? Я подумал, что ты… ну, не знаю… будешь здесь более смертной.
— Я все еще спрен, — напомнила она. — Маленький кусочек бога. Ты пропустил часть про поклонение мне?
Когда он не ответил, Сил ткнула его кулаком в бок:
— Здесь надо было сказать что-то саркастическое.
— Извини.
— Мы не спим; мы не едим. Думаю, на самом деле мы питаемся людьми. Вашими эмоциями. Или, может быть, вашими мыслями о нас. Все кажется очень сложным. В Шейдсмаре мы можем мыслить самостоятельно, но если отправляемся в ваш мир, нам нужна связь с человеком. В противном случае мы практически такие же безмозглые, как те спрены славы.
— Но как ты перешла из одного мира в другой?
— Я… — Лицо у нее сделалось отстраненное. — Ты позвал меня. Или нет, я знала, что однажды ты позовешь меня. Поэтому перешла в физический мир, полагая, что честь людская жива, хотя мой отец всегда говорил, что это не так.
Ее отец. Буреотец.
Это было так странно — чувствовать ее голову на своем плече. Каладин привык, что она почти бестелесна.
— Ты не можешь перенестись опять? — поинтересовался Каладин. — Сообщить Далинару, что с Клятвенными вратами что-то не так?
— Не думаю. Ты здесь, и я связана с тобой. — Она снова ткнула его кулаком в бок. — Но это все отвлекает от реальной проблемы.
— Ты права. Мне нужно оружие. И еду бы какую-нибудь найти.
— Каладин…
— Есть ли деревья на этой стороне? Из обсидиана может получиться хороший наконечник.
Она подняла голову с его плеча и посмотрела на него широко распахнутыми, встревоженными глазами.
— Сил, я в порядке, — заявил он. — Просто потерял точку опоры.
— Ты был почти в ступоре.
— Я не позволю этому случиться снова.
— Да я не жалуюсь. — Она обхватила его за правую руку, как ребенок, цепляющийся за любимую игрушку. Обеспокоенная. Испуганная. — Что-то не так внутри тебя. Но я не знаю что.
«Я никогда не застывал посреди настоящего боя, — подумал он. — С того самого дня, когда Таккс пришел со мной поговорить».
— Я… просто не ожидал увидеть там Саха, — признался он. — Не говоря уже про Моаша.
«Как вы это делаете? Как вы можете причинять людям боль…»
Сил закрыла глаза и прислонилась к нему, не отпуская его руку.
В конце концов он услышал, как другие зашевелились, и, выбравшись из объятий Сил, пошел к ним.
