Гарри зажмурился и, снова выйдя, подался навстречу Драко, а потом снова… Было слишком много, слишком горячо, слишком узко, слишком… Драко закричал, выгибаясь и практически вставая на лопатки, впиваясь пальцами в ягодицы Гарри, и тот не выдержал и кончил, укусив Драко в плечо.
Переведя дыхание, Драко поморщился и лениво повернул голову к Гарри, который лежал рядом, откинувшись на подушку и закрыв глаза.
– У-у-у, вампирище, – присвистнул Драко, косясь на укус у себя на плече.
– Ой! Прости, я нечаянно, я… Давай залечу… – Гарри попытался встать, но Драко тут же перекатился набок, забрасывая руку и ногу на Гарри, и тот с готовностью погладил бедро Драко и призвал одеяло.
– Да лежи ты, лекарь! – отмахнулся Драко. – Вот это я понимаю – страсть! – довольно зажмурился он, накрывая ладонью укус.
– Я тебя теперь никому не отдам, – хрипло проговорил Гарри, обнимая Драко и прижимая его к себе ещё сильнее.
– Да я как бы рассчитываю на это, – засмеялся Драко.
– Нет сил на душ, – зевнул Гарри.
– Согласен. Давай очищающее, – кивнул Драко, закрывая глаза и засыпая, слушая, как под его ухом гулкими толчками бьётся сердце Гарри.
Утро для них началось внезапно. Со слёз Скорпиуса.
– Плохой папочка! Я тебя больше не люблю! – всхлипывал малыш, стоя в изножье кровати и размазывая по щекам слёзы. – И тебя не люблю, Гарри! Ты мне обещал почитать, а читал папе! – горестно причитал Скорпиус, шмыгая носом.
«Хорошо, что мы укрыты», – подумал Драко.
– Скорпиус Гиперион, кто тебе разрешал зайти в спальню без стука? Отвернись к двери, – строго сказал Драко, быстро перегибаясь через Гарри и нашаривая на полу одежду.
Когда Драко под одеялом надевал штаны, Гарри облизнулся, а Драко, фыркнув, набросил на плечи рубашку и встал с кровати.
– А теперь, сын, объясни мне, почему ты вошёл без стука? – Голос Драко был очень строгим.
– Потому… Потому… – Скорпиус опустил головку и снова шмыгнул носом.
– И вообще, что значит «я тебя не люблю»? Я со вчерашнего вечера упрашивал Гарри быть нашей мамой…
– Это кто ещё мама! – шутливо возмутился Гарри.
– Ну, папой, папой, конечно, – поиграл бровями Драко. – Еле-еле уговорил, а ты такое заявляешь! – якобы обижаясь, отвернулся Драко.
– Папочка, любименький, самый-самый лучший! – захлопал в ладоши Скорпиус. – А ты его точно уговорил? Гарри, он тебя уговорил? – прищурился мальчик, глядя на Гарри.
– Конечно! Всю ночь уговаривал! – кивнул Гарри, присаживаясь на корточки.
– Значит, я теперь могу называть тебя папой? – улыбнулся Скорпиус, вытирая нос о Люфиму.
Гарри вздрогнул и застыл. Казалось, он даже дышать перестал.
– Конечно, Скорпи, – сказал Драко. – Можешь звать его папой Гарри, можешь просто папой. Как тебе удобнее. А если ты сейчас же не пойдёшь и не заправишь постель, то Гарри может и передумать.
– Нет-нет, не надо… Ты ведь не передумаешь, папуль? – обратился он к Гарри.
Тот отрицательно помотал головой и притянул мальчика к себе, обнимая.
– Не передумаю, – севшим голосом сказал он.
– Так, а ну, марш постель заправлять! – скомандовал Драко, и Скорпиус убежал к себе в комнату, а Драко со стоном повалился на кровать.
– Ты зверь, Поттер! Как же у меня болит задница… – простонал он.
– Прости, Драко… Как помочь? О Мерлин, я больше никогда…
– Совсем сдурел?! Я тебе дам – никогда!
– Драко, тебе же больно… Теперь только я буду снизу, – серьёзно сказал Гарри.
– Перебьёшься! Буду я ещё напрягаться! – фыркнул Драко. – С тебя теперь завтрак, обед и ужин в постель. Хотя бы сегодня и завтра.
– Да хоть всю жизнь! – горячо заверил Гарри, садясь на кровать. И лицо у него было такое виноватое.
– И никто тебя за язык не тянул! И вообще, что за кислое лицо? Сейчас же улыбнись! Иначе я подумаю, что тебе не понравилось то, что было сегодня.
– Не глупи! Это было…
– Великолепно? Потрясающе? Крышесносно? Ну да, я такой! В общем, покорми Скорпи, а я пока искупаюсь. А потом – с завтраком и заживляющей мазью с верхней полочки в ванной – ко мне на процедуры, – подмигнул Драко.
– Хорошо! Конечно! – засуетился Гарри, вскакивая с кровати и направляясь к двери.
– А поцеловать? – Драко обиженно выпятил нижнюю губу. Точно как Скорпиус.
Гарри вернулся к кровати.
– Красивый мой, нежный, самый лучший на свете, – хрипло говорил он, прихватывая поочередно то верхнюю, то нижнюю губу Драко.
А тот таял и не мог поверить своему счастью. Слава Мерлину! Да, стоило пройти через всё это, чтобы получить вот такого Поттера – живого, горячего, искреннего, порывистого, заботливого и бесконечно любящего.
– Иди уже. – Драко в последний раз чмокнул Гарри в губы и, когда тот уже почти вышел, со счастливой улыбкой добавил: – И… поздравляю, Гарри, сегодня ты стал папой!
– Да! Супер! Это здорово! Я вас обоих очень люблю, Драко! – выкрикнул Гарри, подпрыгнув, и скрылся за дверью.
Драко услышал шёпот Скорпиуса в коридоре:
– Папуля Гарри, не катайся на перилах, а то папочка ругаться будет!
– Это одному нельзя, а вдвоём можно, – засмеялся Гарри, а через секунду Драко услышал радостный смех сына.
Да, это самое счастливое утро в его жизни…
The HAPPY ending
