Нобелевским лауреатом по медицине станет биохимик Отто Варбург [17], связанный родственными узами с английской веткой банковского семейства [288]. При Институте кайзера Вильгельма Фонд Рокфеллера (Rockefeller Foundation) отстроил для Отто Институт клеточной физиологии, в котором тот работал настолько увлечённо, что даже не знал, что Германия вышла из Лиги Наций. Его самого и его институт не трогали пришедшие к власти нацисты согласно указанию Гитлера. Фюрер опасался ракового заболевания после операции на связках в 1935 г., а Отто Варбург в 1930 г. получил Нобелевскую премию за открытие «эффекта Варбурга», как раз описывающего процесс, как нормальные клетки, испытывая недостаток кислорода для производства клеточной энергии, приходят в зависимость от ферментации сахара, и, разрастаясь без кислорода, становятся злокачественными. Геринг составил для Варбурга необходимую родословную, чтобы учёный продолжил работу. Отто также показал канцерогенность пищевых добавок и сигаретного дыма. Результаты исследований привели его к тому, что он питался приготовленным своими руками хлебом и овощами с собственного огорода, что, видимо, подстегнуло интерес к проблеме у Гиммлера [313; 382].
Отто Варбург, так же, как и открывший расщепление тяжёлых ядер «отец ядерной химии» Отто Ган, был учеником директора Химического института Берлинского университета Эмиля Фишера, исследовавшего основы белковой жизни — протеины и создавшего первое простейшее искусственное соединение аминокислот [314] и первое снотворное — веронал [312]. Карьера Фишера сложилась под влиянием Адольфа фон Байера [17], протежировавшего изобретателя аспирина Феликса Гоффманна для работ в швейцарской «Farbenfabriken vorm. Friedr. Bayer & Со.» и давшего в своей лаборатории возможность раскрыть свой исследовательский талант первооткрывателю новокаина Альфреду Айнхорну (Alfred Einhom). Последний вместе со своим сначала учеником, а впоследствии руководителем, будущим Нобелевским лауреатом Рихардом Мартином Вильштеттером трудился для компании «Hoechst» [10; 13]. Позднее Вильштеттер присоединился к работе в Институте кайзера Вильгельма, где начал изучать энзимы — катализаторы биохимических реакций в организме человека [15], а его коллегой по институту стал Фишер. Так что немецкие учёные тесно сотрудничали между собой, даже когда их химические фабрики ещё не были объединены в концерн.
Отец Отто Варбурга, кстати, был президентом Немецкого физического общества, и доказал правильность теории излучения Планка и фотохимического закона эквивалентности Эйнштейна [315]. В немецком доме банковского семейства частными гостями были не только физики-теоретики Планк и Эйнштейн, но и Фишер с Нернстом [19], которые позже вместе с Вильштеттером войдут в состав «бюро Хабера» [20], которое пыталось для оплаты репараций после войны извлекать золото из воды. А вот Варбургам золото из воды извлекать нужды не было, потому что Пол Варбург возглавлял ФРС США.
Также Варбурги контролировали «Deutsche Bank» [325], который являлся расчётным банком «IG Farben» [12]. В руководство обоих предприятий входили Шмиц [96] и сотрудник «Hoechst» Оскар Шлиттер [161]. Банк работал как центр распространения долговых обязательств, о чём в ходе Нюрнбергского процесса рассказывал Шмиц: «
Из архивов «Deutsche Bank» было изъято письмо начальника отдела внешнего шпионажа Абвера полковника Ганса Пикенброка на имя главы банка с 1938 г. Германа Абса, датированное 15 марта 1943 г.: «
