В 1880 г. Альфонс Ротшильд получил право льготного владения бакинскими нефтепромыслами, где создал нефтяную компанию «Русский стандарт» [381]. В 1886 г. младший представитель семейства приобрёл у промышленника Палашковского, испытывавшего трудности с оборотным капиталом, «Каспийско-Черноморское нефтепромышленное и торговое общество» (Societe commerciale et industrielle de naphte Caspienne de Bacou) с уставным капиталом в 25 млн. франков. Далее, в период финансового кризиса, кредитуя нефтепромышленников, банкиры продолжили скупку их активов. Важные для общества вопросы решались в Париже, петербургское управление под руководством представителя Ротшильдов князя Эристова в промысловые дела фирмы не вмешивалось. Также управление обществом осуществляли председатель Совета съезда бакинских нефтепромышленников австрийский подданный Арнольд Фейгель [108; 380], зять А. Ротшильда Морис Ефрауси и князь А. Грузинский [113].
Газета «Киевское слово» в 1899 г. писала, что реальное положение российской нефтедобывающей промышленности не было процветающим. И причины такого «печального… положения» связаны с тем, что «ни бакинцы, ни батумцы никогда не были действительными экспортёрами», не имея ни собственных судов, ни складов. «В Лондоне образовались многочисленные синдикаты и акционерные компании, имеющие в России своих представителей из русских подданных… на имя которых и происходят продажи, в обход запрета на прямую продажу горнодобывающих предприятий иностранцам» [264]. Главным инженером нефтепромыслового хозяйства Ротшильдов в Баку трудился Давид Ландау, отец будущего лауреата Нобелевской премии по физике Льва Ландау [113], а контролировали рынок российской нефти Ротшильды совместно с основателем этой всемирно популярной научной премии — самим Нобелем через «Союз бакинских керосинозаводчиков». Торговым агентом союза мог стать лишь обладатель готовой сбытовой сети на заграничных рынках, поэтому большинством паёв в нём — 9 610 и 5 870 — держали сами Нобели и Ротшильды [108], по сути управляя местными производителями.
Характеризуя контракты Ротшильдов с местными производителями, М. Лазарев сравнил их с «кабалой, нисколько не отличающейся от той, которая установлена кагалом для имений юго-западного края», потому что под видом комиссионных отношений по сути скрывалась обычная передача прав [380]. Ситуация, кстати, характерная для мировой нефтяной индустрии в целом, что видно, если ещё раз обратиться к письму Людвига Нобеля: «Говорят, что в американскую нефтяную промышленность вложено 400 миллионов долларов. Говорят, что компания “Стандард ойл” располагает 80 миллионами долларов и, тем не менее, в основном рассчитывает на спекулянтов».
В 1897 г. управляющий Нобелей Ханс Ольсен наладил контакт с Жюлем Ароном, главой коммерческого отдела банковского клана Ротшильдов [116]. С 1900 г. для контроля над экспортом керосина возникло картельное соглашение между «Товариществом бр. Нобель» и ротшильдовским объединением «Мазут» [113]. Союз был сплочён задачей противостоять мировой экспансии «Standard Oil». Главный управляющий «Товарищества бр. Нобель» Густав Тернуддк делился планами в своём письме: «В настоящее время положение таково, что рынок Российской империи целиком зависит от нас, и мы всерьёз подумываем о вытеснении американцев не только из Европы, но и из Азии. Теперь взгляды наши устремлены в одну точку — на Батум» [116].
Об этом же пишет в своем исследовании В. Сеидов: «Конкурентом Нобеля оставался рокфеллеровский Standard Oil Co., и поэтому Нобель рассматривал “Союз…” как начальный этап раздела мировых рынков» [108]. Б. Осбринк добавляет: «французские банкиры Ротшильды… увидели для себя шанс вывести дешёвую бакинскую нефть на расширяющийся мировой рынок и конкурировать там с компанией “Стандард ойл”» [116]. Таким образом, образовавшийся картель стал картелем «против».
