— Александр Николаевич, хотя бы пять минут мне дайте, это получится фора не в пять раз, а всего в два, — попросил я, наперёд зная бессмысленность этого.
— Так ты же будешь думать во время моих ходов, — парировал тот, а потом добавил: — Мозги быстрее работать начнут, в том числе и реакция улучшится.
Не стал с ним спорить, как и Лена промолчала, зато зрителей, предвкушающих забавное, по их мнению, зрелище, в тренировочный зал набилось много. Нас попросил переместиться в основное помещение Сан Саныч:
— Это не тренировка будет, а шоу! Поэтому-то, будьте любезны, идите отсюда, вы мешаете учебному процессу.
Интересно, а то, что его ученики с нетерпением ждали наше сражение он в расчёт не взял? Мало того, следом за нами отправился, что-то тихо говоря моему тренеру. Курзин согласно кивал, выслушал, а потом и ко мне подошёл с объяснениями:
— Господин Валенов прав, помог не допустить оплошность с моей стороны. В ученическом зале устраивать такой матч, если так можно выразиться, совсем неправильно. И не из-за обучающихся, а зрителей, которые некоторые моменты захотят разобрать и начнут шахматные столики занимать. Так вот, их потом отучить от посещения зала окажется ой как непросто. Такое уже случалось и Сан Саныч об этом напомнил.
— Понятно, — покивал я, а потом уточнил: — Тотализатор наверняка будет, не желаете на свою победу поставить?
— Только не говори, что подумываешь о договорнячке, — прищурился Курзин.
— Господь с вами, — отмахнулся я, — ни сном, ни духом! Наоборот, собираюсь куш срубить, поставив сотню на свою победу. Прибыль окажется двойной, в том числе и поужинаю нахаляву!
— Мечтай! У меня другие планы, — хмыкнул Александр Николаевич.
Перед первой партией мы обговорили регламент, чтобы все слышали. Игр будет двадцать, ровное число из-за того, чтобы каждый сыграл одинаковое количество одним цветом.
— Приступим? — поинтересовался Курзин, поправляя свои фигуры.
Ему выпало играть белыми и мне надлежит нажать кнопку шахматных часов.
— Дайте пару минут, — попросил я.
— Не вопрос, — ухмыльнулся тренер.
Он точно задумал пакости и даже представляю какие! Начнёт разыгрывать плохо выученные мной начала, если бы не лимит времени, то я ещё мог выкрутиться, но теперь придётся тяжко. Мысленно проинспектировал свой дар и порадовался, что тот в ожидании праздника, такими мне показались магические всполохи. Это хорошо и, пожалуй, следует в каком-то роде довериться инстинктам и тому, что предложат фигуры на доске. Нет, их обязательно проконтролирую и по возможности просчитаю комбинации, насколько хватит времени. Я сделал знак Лене отойти со мной в сторону.
— Что хотел сказать? — спросила девушка, когда мы с ней оказались у стенда с объявлениями, которые никого в данный момент не интересуют.
— У тебя с собой сколько денег? — поинтересовался я у Сироткиной.
— Рублей двадцать с мелочью, — прикинув, ответила та и уточнила: — Собрался сделать через меня ставку?
— Ты догадливая, — кивнул ей, незаметно сунув в ладонь купюры, которые недавно достал из портмоне. — На все, на мою победу, Курзина ждёт жесткое разочарование.
— Уверен? Александр Николаевич не глуп, заведомо проигрывать он не станет, значит понимает, что есть шанс тебя победить.
— Шанс? — переспросил я, а потом кивнул: — Да, шанс есть у всех и каждого, но у нас с тобой с деньгами напряг и их необходимо подзаработать.
— Но если проиграешь, то как за ужин расплатишься? — осторожно поинтересовалась Сироткина.
— Ты в меня не веришь, — сделал вид, что опечалился и даже голову опустил.
— Верю, — погладила меня по плечу, а потом напомнила: — только кто-то меня отпуск заставил взять, на стипендию не разбежишься, а твои сбережения подходят к концу. Учти, к госпоже Соренских за помощью не обращусь, ни при каком раскладе!
— О том, чтобы беспокоить мою будущую тёщу даже не помышлял, — хмыкнул я, с удовольствием увидев, как округлились глаза подруги. — Не переживай, предложение пока не делаю, в загс не тащу. Но ты же не сбежишь и не откажешь?
— Подумаю! — сверкнула глазами Лена. — Посмотрю на твоё поведение и щедрость.
Вот чертовка, сумела-таки удар отбить и на моё поле вернуть.
— Ладно, меня заждались, — кивнул в сторону шахматного столика, за которым с невозмутимым видом находится Курзин. — Ставь всё на моё победу, но без указания счёта, — сказал подруге, а потом добавил: — Если не примут деньги, то мне об этом скажи. Хорошо?
— Уговорил, — кивнула Лена, а потом неожиданно приблизилась и коротко в губы поцеловала у всех на виду, после чего шепнула: — Держу за тебя кулачки.
Нет, она всё же у меня молодец, доверяет и уверена, что не подведу. Правда, толику осторожности проявила, но это правильно, знает, чем рискуем. Вот только не догадывается, что всегда имеется запасной план по добыче денег. Им ещё ни разу не воспользовался, грузчиком не работал, но зарекаться нельзя. Впрочем, есть уверенность, что и в этот раз не потребуется тяжести таскать.
— Начинаем? — спросил я у тренера, вернувшись на своё место.
— Дела уладил? — кивнул тот в сторону Сироткиной, получающий какой-то лист бумаги от господина Смирнова.
