-- Я вас выслушал. Теперь всё забыть, слушать сюда. Вся Двина - моя. И города на ней - мои. В моей земле - мои законы. Кто против - вор, мятежник. Кто биться будет - сдохнет. Кто хочет уйти - пусть уходит. Кто остаётся - жить по моему закону.
Который раз. "Каловая комбинаторика". Ведь очевидно же! Но удивление... будто новость какая.
Бояре начали бурчать. Не интересно.
-- Город - сдать. Оружие и доспехи собрать, привезти сюда. Тридцать голов родов боярских - в тальбу.
***
В русском языке в это время нет слова "заложник". Термин "аманат" используют на юге, в зоне контактов с тюркскими племенами. В других местах - таль. В летописи: "И пояша у них 40 муж в талбу" или "Детей своих отдает в тали".
Прежде не слыхал, тут пришлось выучить.
***
Вот город. Десять тысяч душ. Полторы тысячи боеспособных мужчин. Все полезут на стену умирать. "За веру, бояр и отечество". Мономах как-то взял Полоцк. Но упёрся в детинец, плюнул и ушёл. Из полутора тысяч усадеб городских - сотня несгоревших в детинце осталось.
Городское ополчение, боярское ополчение, городовой полк, владычные молодцы. Вдвоём с Нечародеем, имея едва ли три сотни бойцов, даже и с "акулами", которых не приступ не пошлёшь, город не взять. Даже периметр не перекрыть. Нужно, чтобы город сдали. Никаких штурмов. Максимум - потолкаться с отдельными хулиганами.
-- Тебя же, себасмиотате, прошу нынче же убедить людей полоцких, что я младенцев не ем и никого, кроме крамольников, казнить не собираюсь. Сделай божескую милость - растолкуй им внятно.
Во, я уже такие словеса греческие могу не по слогам выговаривать. Айкью мой растёт - аж посвистывает.
Грек молчит, даже не кивнул.
Спутники его из бояр нынче же на вече всякое слово перескажут да переврут. Да что слово! - Глубина вдоха - уже показатель политических взглядов. Только тема-то уже решенная. Два года назад в Киеве. Когда Кирилла Туровского митрополитом выбрали.
Церковь православная, что у нас, что в Византии, Грузии, Армении... всегда не над-государственная, как у латинян или суннитов, а под-. Ныне, вслед за государством, выстраивается "под одну шапку". Если я сочту его миротворческие усилия недостаточными, то он потеряет свою митру. И, чего ещё не знает, причисление к лику святых. Рассказать, что ли?
Епископ - миротворец. По должности. А вот то, что ни посадника, ни тысяцкого нет, что послали казначея... да ещё врага Нечародея...
Они на что-то надеются. На что? На свару между мной и Нечародеем? На подход каких-то литовских отрядов? - Четыре года назад покойный Володарь побил Нечародея литвой...
Что я устану, оголодаю, заболею, уйду? - Тепло. А корм мои люди у местных возьмут.
Ещё вчера горожане могли надеяться на победу в полевом сражении. Подняли бы народ, навалились бы массой... После подхода "акул" - без толку.
Надеяться они могут только на мою глупость. Что соберу наши три-четыре сотни бойцов и слуг и полезу в город. Где и застряну. Город сгорит, простолюдины потеряют всё, вятшие отсидятся в детинце.
Ванька, конечно, дурак. Но не настолько.
Тогда... русский "авось".
Это, конечно, средство безотказное. Сработает. Точно. Когда-нибудь.
"Доброхоты" Нечародея приносят городские новости. Там продолжаются "контакты демократических сил". Но уже с вечера некоторые персонажи с семействами и возами двинулись поклониться св. Евфросинии. Точнее: в её Спасский монастырь. Ещё точнее: из города. На север и далее.
С утра снова переговорщики:
-- Мы те, княже, присягнём и в город пустим. А ты нам крест поцелуешь.
Нефига себе! А чего ещё тебе поцеловать?
Рецидив какой-то. В смысле: обострение воспаления наглости.
Обычная манера торгашей: запрашивай побольше, потом скинешь. Да я-то не купец!
Как-то и жалко их, и противно.
Снова дозорный скачет. Молодец, уже не орёт.
-- Княже! Караван по реке подходит. С шилохвостами.
-- Что ж, братия князья и господа боярская, вчера акул встречали, целовались-обнимались. Ныне поедем с утками поздоровкаемся. А вы, добрые люди полоцкие, езжайте-ка до дому. Да объясните там: ныне у нас жизнь пошла наперегонки. Или вы успеете город сдать, или я успею его сжечь. Есть у меня на корабликах разные... штучки-дрючки.
-- К-какие?
-- Особые. Городки жечь. Не слыхали как в прошлом годе мои молодцы Ржеву на Волге спалили? Не? Ну и не надо, скоро сами посмотрите.
Я создаю возможности. В разных областях. Про гиперпланирование я уже... Здесь - сходно.
Подобно тому, как "Акулы Салмана" изначально двинулись в поход вовсе не на Полоцк, так и мои парусники-"шилохвосты" явились сюда совсем не для "приведения в чувство" сильно дерьмократических бояр.
Парочка трёхмачтовых парусников важнее города. Они - трансконтинентальная магистраль. А Полоцк? - Один из десятков городков на этой магистрали. Или будет, или нет. Не критично.
"Вещью владеет тот, кто может её уничтожить" - всё, ребяты-демократы, я уже владею городом.
До вас это ещё не дошло.
"Самая медленная - скорость звука. То, что говорила мать - дошло через тридцать лет".
Я столько ждать не буду.
