Лаборатория Орочимару в Стране Рисовых полей чем-то напоминала Кабуто Базу Корня. Обе находились глубоко под землёй, запутанная система коридоров, освещённая тусклым светом. Множество закрытых помещений, мимо которых его вёл один из трёх направленных сюда ирьёнинов из Конохи. Кабуто бросил мимолётный взгляд на идущего рядом Керо. Тот выглядел бледновато, под глазами залегли тёмные круги. Во время обучения у Сенджу Цунаде, Керо много улыбался и пылал энтузиазмом. Теперь у него между бровями залегла глубокая складка.
— Все необходимые анализы мы взяли, — не поворачивая головы в его сторону, первым нарушил повисшую тишину Керо. — И подготовили дубликат его карты с историей болезни.
— Ты ведь понимаешь, что мне нужно осмотреть его?
Керо ожог недовольным взглядом, но кивнул. Их шаги эхом отражались от голых каменных стен.
— Да. Кимимаро-сан предупреждён и будет ждать тебя в лаборатории. Сюда.
Кабуто поправил очки, скрывая усмешку. Ещё во время обучения в Госпитале между учениками были напряжённые отношения, каждый видел в другом соперника. Никто из них не состоял в клане, поэтому попасть на личное обучение к самой Цунаде-сама было сравни выигрышу в лотерею. Поэтому контракт на десять лет обязательной отработки там, куда направит глава Госпиталя, кроме него толком никто не обратил внимания. Прежде чем подписать документ, Кабуто пришлось отнести его к Данзо-сама. Тогда он и узнал, куда и кому готовили ирьёнинов. Данзо-сама вполне устраивала его роль в виде шпиона при Орочимару, вот только он оказался единственным из четверых, чьё имя Цунаде-сама так и не подала в списках для отправки к своему бывшему сокоманднику. Вместо этого Кабуто стал её вторым личным помощником, наравне с Шизуне. Учеником, которым она передавала свои знания до сих пор. По навыкам Кабуто обогнал Шизуне и останавливаться на достигнутом не собирался. Приближённость к главе Госпиталя открывала доступ ко многим документам, доставать нужные сведения для Корня стало ещё проще. Как и отбирать уникальных детей, столкнувшихся с определёнными проблемами. Корень за последние годы много интересных ребят смог завербовать, и не все они станут шиноби.
Хоть Кабуто не пришлось на долгие десять лет оказаться в лаборатории санина, и его отправили сюда. Причиной этому послужила болезнь одного из подчинённых Орочимару — Кагуя Кимимаро. Сама Цунаде-сама не горела желанием «лазать по подземельям».
— Ку-ку-ку. Какие люди.
Тихий смех впереди заставил Кабуто и Керо замереть перед самой дверью в лабораторию.
— Орочимару-сама. — Тут же уважительно поклонился Керо, как и Кабуто.
Навстречу им на тусклый свет неторопливо вышел санин. Один небрежный взмах рукой и Керо скрылся в лаборатории, оставляя их одних.
— Давно не виделись, Кабуто-кун.
Вместо ответа ему пришлось ещё раз слегка поклониться, признавая правоту собеседника. Санин совсем не изменился, несмотря на то, что прошло около двенадцати лет. Действительно, очень давно. Кабуто не ожидал, что тот за давностью лет сможет вспомнить маленького мальчика из приюта.
— Как удачно, — подошёл ближе Орочимару. — Я ожидал увидеть личного ученика Цунаде, но никак не одного из сотрудников Корня. Очень интерес-сно.
Ухмылка санина вызывала дрожь. Если тот расскажет всё Цунаде-сама, то об окончании обучения можно забыть, как и о доверии с её стороны. Он не мог нарушить приказ и раскрыться перед химе, не смотря на всё уважение к ней и благодарность. Кабуто на секунду представил,
— Почему удачно, Орочимару-сама? — попытался скрыть истинную причину своего напряжения Кабуто.
Бывших сотрудников Корня, как и Анбу, не бывает, только если ты не нукенин. Да и то, Кабуто внутренне усмехнулся, рассматривая перед собой опровержение последнего. Будучи нукенином, санин продолжал работать на благо Конохи. Они оба это отлично знали, опровергать было бессмысленно, но и подтверждать вслух правоту санина Кабуто не собирался.
Вместо ответа Орочимару поднял голову в потолку и широко раскрыл рот, рукой доставая из глотки небольшой свиток. Выглядело, мягко говоря, омерзительно.
— Данзо заинтересует эти сведения, — с прежней ухмылкой протянул свиток санин. — В твоих интересах разобраться с недомоганием Кагуя.
— Приложу все усилия, Орочимару-сама.
Кабуто вынужден был принять с поклоном покрытый слюной свиток. Учитывая последний слова санина, ему назвали цену молчания. Наблюдая, как тот неторопливо удаляется, Кабуто раздражённо поправил очки. Это действительно будет интересно.
***
— Значит, лидер Акацки решил обрушить систему деревень. Не много ли он на себя берёт? — прошелестел в тишине голос Учиха Фугаку, когда он перестал разглядывать ночную Коноху за окном и повернулся к Данзо.
