Воздух мгновенно стал холоднее. Я ощутил, как его острые потоки впиваются в лицо, и от страха захватывает дыхание. Рамилка выставил перед собой руки, пытаясь уцепиться за край ямы, но вместо этого угодил мне в лицо. Я потерял связь с реальностью и через секунду плюхнулся в воду. В течение следующей минуты на наши головы падали обломки кирпичей, старых досок, куски земли, клочья паутины и прочий мусор, собравшийся у краев ямы.
Падение завершилось так же внезапно, как началось. Я плюхнулся в воду, под ноги бросилось твердое дно. Меня окружила кромешная тьма, насыщенная странными звуками и неприятными запахами. Отовсюду раздавались брызги, и первое время мне казалось, что я продолжаю тонуть. Я барахтался, как лягушка, при этом отчетливо чувствовал под собой дно. Была дикая паника, словно это дно зыбкое и прожорливое, и чем чаще я переступал с ноги на ногу, тем глубже опускался под воду. Все прекратилось, когда мне удалось зацепиться за Рамилку. Мой друг быстро оправился от падения. Наверное, он изначально испуган был меньше.
— Полегче, полегче! — Рамилка оттолкнулся. — Я во что-то влетел по дороге, и одну пятку не чувствую. Но ту, за которую ты держишься, я чувствую хорошо.
— Как ты?
— Бывало и лучше.
Я услышал, как он пытается подняться. Дважды он шлепнулся в воду, обдав меня брызгами, и теперь мы были мокрыми с ног до головы.
— Черт! — выругался Рамилка. — Здесь есть стены?
Я вытянул руку и нащупал скользкий камень.
— Слева от меня стена.
— А где здесь лево?
Голос Рамилки стал отдаляться. Где-то в темноте он нащупал вертикальную поверхность и подытожил:
— Нашел!
Я решил, что он нашел противоположную стену. Следовательно, яма былa не большой или узкой, что тоже не исключалось.
— Плыви к стене. Здесь не глубоко, — посоветовал Рамилка.
Всплески с его стороны уменьшились. Судя по звуку, он выбирался из воды на сухую поверхность. Я тоже подступил к стене и тут же налетел на что-то твердое. Под водой пролегала каменная поверхность. Перевалившись на бок, я влез на нее и отдышался.
Над моей головой повисло небо. Я сидел впритык стене и вдыхал жуткий запах плесени и застойной воды. Здесь было холодно, как в проруби. Всю стену оплетал мерзкий маслянистый мох. Местами мой палец проваливался в него на целую фалангу. Лезть вверх по такой стене не представляло никакой возможности. Лаз, через который мы провалились, был близок, и если бы я стал на плечи Рамилки, то смог бы дотянуться до его края. Но что потом? Чтобы выбраться отсюда, нужен толчок ногами. Одного роста может не хватить.
С другой стороны погреба Рамилка тоже смотрел на небо. Когда молчание затянулось, я спросил:
— Что будем делать?
— Еще не придумал.
Из угла донесся писк. Рамилка выругался.
— Этого только не хватало!
— Крысы?
— А кто ж еще, твою мать!
Мои глаза привыкли к темноте, но разглядеть что-либо вдали от себя я не мог. Рамилка ударил ладонью по воде, и сноб брызг оросил яму. Послышался шлепок. Я подумал, что крыса нырнула в воду и теперь направляется прочь от нас.
— Проваливайте отсюда! Проваливайте! — выкрикнул Рамилка.
В этот момент нечто скользкое коснулось моих ног. Я подпрыгнул.
— Черт! Черт! Черт!
И вдруг в подвал ворвался свет. Это произошло так внезапно, что я едва успел заслонить глаза ладонью. Крысы запищали в агонии, и с разных сторон послышались всплески. Грызуны прыгали в воду.
Как только луч света ушел в сторону, в размытом отражении я увидел Рамилку. Он сидел на камне с противоположной стороны, и сдирал с себя крыс, забравшихся до пояса. Вероятно, крысы еще не успели вцепиться в кожу и висели на его одежде. Рамилка сдирал их с таким остервенением, что крысы летели во все стороны, как осколки.
И вдруг сверху раздался голос.
— Дэн, ты здесь?
Хотя голос внизу слышался искаженным, я узнал Сабину. Большая крыса подкралась ко мне и вцепилась в кед. Я махнул ногой. Крыса сорвалась с кеда, угодила в стену и шлепнулась в воду.
— Сабина? Как ты здесь оказалась? — прокричал Рамилка, но девочка его проигнорировала.
— Дэн?
— Я здесь, — свет фонаря упал на меня.
Сабина перешла из одного угла сломанной крышки к другому.
— Не свались третьей! — проворчал Рамилка.
— Дэн, скажи ему, чтоб он помолчал. — Девочка убрала фонарь в сторону. — Как ты?
Я не мог смотреть наверх. Свет ослеплял. И в то же время, Сабина не могла его выключить. Голодные крысы таращились из темных углов и следующий шанс упускать не хотели. Мы
— Я в порядке.
— Как ты туда попал?
— Мы … — начал я, но очередная крыса бросилась под ноги, и мне пришлось отбиваться.
— Какая разница!!! — пробурчал Рамилка. Попали и ладно! Скажи ей, чтобы принесла лестницу!
— Сабина, за домом у Рамилки стоит маленькая лестница. Ты можешь принести ее сюда?
— Я не хочу идти к нему во двор.
— Пожалуйста, — попросил я. — По-другому мы не выберемся. Стены скользкие.
— Хорошо, — свет в погребе задрожал, — Только скажи своему другу, что я иду из-за тебя.
— Обязательно.
— Да, да, — отозвался Рамилка. — И пусть оставит фонарь, а не то нас сожрут еще до того, как она вернется.
