Парни настояли на кафе «Три метлы», которое было забито почти полностью, но нам удалось расположиться за одним из столиков.
К нам подошла сама мадам Розмерта, хозяйка заведения, полнотелая розовощёкая интересная женщина старше сорока лет, но до сих пор выглядит вполне привлекательно. Она ходила по залу на каблуках и была одета в шерстяное платье зелёного цвета с глубоким декольте, в котором, к сожалению, было не на что посмотреть, поскольку Розмерта не могла похвастать большой грудью.
— Здравствуйте, детки, — произнесла хозяйка заведения. — Что будете заказывать?
Я перешёл на шутливый тон:
— Трое бутылка э водка, а вэ плезир!
— Извините, юноша, но водки несовершеннолетним я не подаю, — спокойно ответила дама.
— А безалкогольная водка у вас есть?
— Есть медовуха собственного производства, а об упомянутом напитке я такого сказать не могу, — ответила Розмерта.
— Печально. В таком случае большую тарелку колбасной нарезки и такую же тарелку с сырной нарезкой, если есть, положите солёного сыра. Ещё порцию жареных колбасок и три бутылки сливочного пива. Ну и кружечку медовухи принесите на пробу.
Медовуха оказалась выше всяких похвал. Допив её, я почистил заклинанием кружку и налил в неё из фляжки Гиннесса, который оказался на удивление замечательного качества. В кои-то веки удалось насладиться давно забытым вкусом настоящего пива.
Детвора налетела на колбасу и сыр, уплетая их за обе щеки с жадностью голодной саранчи. Чья-то рука потянулась к моей тарелке с колбасками и закономерно получила шлепок от меня.
— Эй, — раздался возмущённо-насмешливый голос Макмиллана. — Тебе что, жалко колбасок?
— Гарри не делится едой! — нахмурившись, пробурчал я, пододвигая к себе блюдо.
Ребята в ответ на это заулыбались.
— Ну что, кого будем нанимать, и сколько примерно это будет стоить? — спросил Джастин.
— Кого нанять, найдём. Эрни, как старосте, будет легко договориться. Думаю, одно занятие нам обойдётся примерно в пять галеонов. Если пригласить к нам ещё одного надёжного человека, например, Уэйна, то получится по галеону с носа. Полагаю, одного занятия раз в две недели будет достаточно, потом самостоятельные тренировки. Итого за год мы потратим всего пятнадцать-шестнадцать галеонов каждый. Деньги небольшие и у каждого из вас они имеются.
— Может быть ещё кого-то позвать? — спросила Ханна.
— Пять человек — это максимум, больше уже получится толпа, которую никто в здравом уме не возьмётся учить.
— А как же быть с теми, у кого нет денег? — спросил Эрни.
— Это их проблемы. Пусть заработают.
— Как можно заработать в Хогвартсе? — удивлённо спросила Ханна.
— Не-е-е-т! — протяжно воскликнул Джастин. — Ханна, не спрашивай об этом Гарри!
— А что такого? — удивлённо спросила Аббот.
Макмиллан схватился за голову и протяжно застонал.
— Ханночка, ну что ты такое говоришь? В Хогвартсе имеется миллион способов честного отъёма денег у населения. Во-первых, можно выращивать травки и уровень дохода зависит лишь от трудолюбия и жадности волшебника. Можно заработать от полусотни до шести сотен галеонов в год с маленькой теплицы, если не рисковать и не нарываться, а можно и сотню тысяч золотых. Можно делать и продавать что-то, делать за деньги уроки, заниматься репетиторством, варить на продажу зелья. На крайний случай, если руки растут из задницы, а в голову только едят, то можно заняться проституцией…
— Гарри, как можно так сильно любить деньги? — риторически вопросил Эрни.
— Жизнь без денег — это всё равно, что секс в резинке, движение есть, а прогресса нет!
На следующий день на щите для объявлений в Большом зале появилось объявление, запрещающее все ученические организации, общества, команды, кружки и клубы под страхом исключения из школы.
Понятное дело, что это стало ответной реакцией Амбридж на «тайное» сборище студентов, решивших заниматься ЗОТИ, о котором не слышал разве что глухой.
По рассказу Смита, в Кабаньей голове студенты изрядно нашумели, хотя он не стал говорить, чем закончилось дело, намекнув на магический контракт. Я обрадовался, что мы свалили раньше, а то эти дурные малолетки могли бы заставить и нас подписать контракт. Делать это без пользы — полнейшая глупость.
Наша небольшая группа Пуффендуйцев, состоящая из меня, Эрни, Уэйна, Джастина, Ханны и её подружки, Сьюзен Боунс, кареглазой девочки с каштановыми волосами, полукровной волшебницы, чья тетя, Амелия Боунс, является главой отдела магического правопорядка, договорилась об уроках ЗОТИ с шестикурсником Джейкобом Ламберти, полукровным волшебником с крепким телосложением. У него карие глаза, коротко стриженные каштановые волосы и тяжёлое лицо с приплюснутым носом. Он был одним из немногих в прошлом году, кого выделял Аластор Грюм и после школы собирается пойти в мракоборцы. Парень с радостью согласился изредка нас обучать за плату в размере шести галеонов и флакон моей наливки за каждое занятие, так что со своим «алхимическим» хобби мне окончательно расстаться не удалось. В остальное время мы тренировали показанные заклинания самостоятельно.
