Вокруг нас шелестели зелёные волны камышей, которые гладил горячей ладонью ветер с поля. Я оглянулся. Братья сняли с себя всю одежду сложили на помост и смотрели в воду впереди нас, почёсывая зады.
– Дивись, Гриша! Дивись, он туди! Да не туди! Трохи праворуч, да дивись ти! – Коля держал меня за руку и показывал в воду.
Сначала я ничего не мог разглядеть. Но потом мои глаза привыкли смотреть сквозь отражения облаков, и я увидел какую-то бурую прямоугольную тень, от которой наискось в глубину уходила тёмная тень, будто от притопленного гнилого бревна.
– Це башня. Бачишь? Да ти дивишься, чи Hi?
– Вижу… – прошептал я заворожённо. – Вижу!
– Добре, – Витя довольно хмыкнул и прыгнул с покачнувшегося помоста в тёплую воду. – Коля, давай, шрнай!
И Коля бухнулся в воду вслед за братом. Они проплыли метра три к танку, потом встали ногами на квадратную башню. Тогда я уже отчетливо различил громадину танка, который увяз в иле так, что видно было только часть корпуса, башню и ствол, почему-то опущенный вниз. Вода доходила братьям до груди.
Коля что-то буркнул неразборчивое брату, набрал воздуха и резко присел, будто хотел играть в догонялки. Его тело белело под водой, что он делал, было непонятно. Вдруг вверх вырвались пузыри, и из башни вывернулась чёрная вода. Коля вынырнул, отсапываясь от напряжения и весело глядя на брата.
– От так треба. Зразу! Зрозумiв?
– Да-а-а! – Витя обернулся ко мне. – Ти бачив, Гриша? Вш люка одкрив!
– Люк? Зачем? Зачем вам люк?! Там же танкисты?!
– Та яки танкiсти? Нема там никого, – откликнулся довольный Коля. Он уверенно держался пальцами ног за край люка, а Витя всё время соскальзывал на иле, покрывавшем башню, падал и снова карабкался.
– А мени дядько Сергiй казав, що там були танкiсти! – вставил слово Витя.
– Да яки там танкiсти! – Коля сплюнул в воду, демонстрируя своё презрение сплетням. – Их раки вже давно з’їли. Добре. Я зараз. Чекайте!
Коля побледнел, резко вдохнул воздух, сделал полшага и… «солдатиком» провалился прямо в открытый люк. Только тёмная вода вышла из отверстия, в которое он нырнул.
Я айкнул.
Прошло несколько секунд, которые стали всё больше растягиваться. Мое беспокойство нарастало. Когда из люка вырвался большой пузырь, Витя испугался тоже.
Вдруг из люка стала подниматься какая-то тень. Медленно, как оживший утопленник, руками вверх, Коля вылезал из люка. Наконец над водой показалась какая-то круглая ржавая железяка, которую он держал синими от напряжения пальцами. Витя охнул и, уйдя в воду с головой, стал помогать брату выбраться. Вот Колина голова, красная от напряжения, показалась над водой. Он задыхался.
– Важкий, зараза!
– Тяжёлый? Что там такое, Коля? – спросил я, подпрыгивая от любопытства на плюхающей двери.
– Дивись! – Витя поднял над водой продолговатый кругляк с острым концом.
– Снаря-а-а-ад! – мне перехватило дыхание.
– Авжеж! – Коля держал снаряд, а Витя осторожно гладил круглый бок когда-то смертельной штуковины, смывая чёрный ил и ржавчину.
– Хочеш потримати? – Витя сделал движение, будто приглашал меня. – Принести?
– Нет-нет! Нет… – замотал я головой. Мне стало страшно. Я совсем не хотел держать этот снаряд. Мне хватило.
– А-а-а, ну, добре! Тодi не треба. – Коля опустил руки, и я увидел, как снаряд скользнул обратно в люк.
– Давай, Витя, зачиняй люк, – скомандовал старший брат. – Я допоможу.
Витя кивнул, они нырнули по очереди, и широкая блямба люка села на место, закрыв тёмный круглый проем. Удар люка был приглушен толщей воды. В двух метрах позади танка из воды выбрызнула рыбья мелочь. Братья подплыли ко мне и выбрались на зашатавшуюся дверь.
– Ну, як? – спросил Коля. – Сподобалось?
– Дуже! Очень-очень! – честно сказал я. – А откуда здесь немецкий танк?
– А-а-а, – махнул рукой Коля, – Не знаю. Казали що у вiйну вiн з’їхав iз дороги. Бо дуже поспiшали танкiсти. Партизани стрiляли, чи що. От. А нiмцi заблукали. Ось i потонули. Усi нiмцi планували витягнути танк, потiм нашi, але, ти бач, який тут мул… Ось як.
Я посмотрел на бурую тень в воде. И стало как-то не очень уютно.
– Ребята, пойдём, а?
– Конечно, Гриша. Пойдём. – откликнулся Витя. – А ти молодець!
Мы стали выбираться из камышей, потом из прибрежных зарослей травы и топкого ила. Искупались в затони, где дядька Сергей рыбу ловил, смыли грязь. Обсушились наскоро и побежали к дому. Солнце уже начало заваливаться на запад, и небо приобрело такой особый сливочный оттенок, когда ещё жарко, но уже тени под деревьями стали принюхиваться в ожидании ночи.
Мы шли и болтали. Витя держал меня за левую руку. Коля – за правую. Было здорово.
В хате тёти Вари, казалось, разверзся ад, если бы не пахло так вкусно.
Пять основных поварих и ещё с дюжину ближайших подружек тёти Вари, помогавших готовить, работали как черти. Радостное возбуждение и азарт помогали им держаться на ногах, хотя готовка продолжалась уже второй день, с небольшими перекурами. Не было никакой суеты, наоборот, настроение было запредельное.
