Когда на твою голову сваливается обвинение в попытке убийства, а по следам идёт двойник-призрак, что ты выберешь - бегство или ответный удар? Когда самый родной человек сомневается в твоей невиновности, а союзник превращается в живое орудие твоего создателя, сдашься ты или найдёшь выход? Гомункул Алтон не задавался подобными вопросами, пока создатель не приставил к нему наблюдателя - первого в Аместрисе андроида по имени "Эдвард". Пока сплав несовместимостей не породил взрыв.
========== Глава 1. Светофор на перекрёстке ==========
В кабинете Огненного алхимика было неоправданно холодно. Стены на свету белели как иней, и от одного взгляда на них всё мало-мальски накопленное тепло улетучивалось за секунды. Ещё и плащ слезал с плеч, как назло.
Алтон забрался на стул с ногами. Взгляд упал на отвёртку, которая одиноко лежала в стороне от собратьев. От неё тоже исходил холод.
Цыкнув, Алтон раскрутил её на столе. Волчок из отвёртки получался такой себе, и она по кривой улетела к локтю соседа.
Парень сгрёб её не глядя и положил в ряд с другими инструментами. Каин Фьюри, самый молодой — после самого Алтона — в команде Огненного, копался в механизме, даже не замечая, что очки вот-вот свалятся с носа. В круглой оправе он смотрелся совсем мальчишкой, хотя ему недавно стукнул двадцатник.
Засунув руки в просторные рукава плаща, Алтон ткнулся лбом в стол.
Мальчишка тронул его за локоть. Поджав руку, он отвернулся от механика, но настырное создание ткнуло его отвёрткой в лопатку.
Судорога промчалась по телу, сковала его железными тисками, натянула каждую мышцу до состояния струны.
Алтон дёрнул рукой. До метки не достал, зато запутался в рукавах и едва не грохнулся со стула.
— Прости, — шепнул механик. — Совсем забыл про эти штуки на плечах.
Алтон секунд с десять всматривался в его лицо, ища намёк на насмешку. Фьюри виновато опустил взгляд.
— Мы два месяца знакомы, — зашипел Алтон. — Что, так сложно запомнить?
На щеках механика вспыхнул стыдливый румянец.
— Ты же выглядишь как человек совсем, — пробормотал он, перебирая пальцами по отвёртку. — Когда этих штук не видно, так совсем не отличить. Зачем вообще Хоэнхайм их тебе сделал?
— У него спроси, — Алтон вытянул руку из тканевой ловушки и вздохнул. — Так что
тебе от меня нужно?
— Да вот, — Фьюри потянулся к пакету, который лежал на левой стороне стола. Развязав верёвку на горлышке кулька, механик опустил его перед Алтоном.
Гомункул растянул края и заглянул внутрь.
Обломки зелёного и чёрного, обрывки проводов. Алтон с трудом признал в месиве куски платы. Он покосился на Фьюри, ожидая объяснений. Механик молчал.
— И я эти паззлы починю, по-твоему? — Алтон высыпал на стол содержимое кулька. — Не хочешь напрячь кого покомпетентней?
Алтон указал на дальний стол. За ним дремал брюнет в армейской форме, которая совсем не подходила его алхимической кличке. Огненный носил синий мундир, и отличали его только серебряные часы, чья цепочка всегда виднелась под поясом.
Проследив, на кого он указал, Фьюри взволнованно взмахнул руками. Народ из-за соседних столов на их перешёптывания не реагировал, разве что Жан Хавок, образец чистокровного аместрийца и любитель выкурить всю пачку за день, косился как сторожевой пёс. По сути, Хавок им и был для всех чужаков.
Алтон переплёл пальцы в замок, впиваясь ногтями в кожу. За эти два месяца он так и не стал для отряда Роя Мустанга своим, что бы там ни говорили оба надзирателя. Ризе он ещё мог поверить, но не Рою. Огненный алхимик всего лишь терпел его присутствие, спасибо их давнему знакомству с Хоэнхаймом.
Брэда, детина с такой степенью рыжести, что в средневековье его сочли бы ведьмой в мужском обличье, и седой парень, чьё имя Алтон постоянно забывал, относились к гомункулу с осторожным дружелюбием, и он платил им тем же.
Фьюри побарабанил пальцами по столешнице.
— Что? — Алтон потрогал пальцем колкий обломок платы. — Ему же починить раз плюнуть.
— Да, но… Он же начальник, — Фьюри косился на стол Огненного с таким видом, словно Алтон предложил подорвать рядом с алхимиком петарду.
Гомункул плотнее запахнул плащ. Холод грыз его острыми зубками, заставляя ёжиться. Потыкав пальцем кусок платы, гомункул соскочил на пол.
— Ладно, починю я эту хрень. Только за чаем схожу.
Алтон широкими шагами пересёк кабинет. В столовой должен был остаться чай, хотя бы в пакетиках.
Дверь приоткрылась, едва он коснулся ручки. Алтон отпрыгнул к стене. В проём просунулась рука в белой перчатке. Она напоминала комплект Огненного, только без фирменного узора его алхимии.
Алтон смерил посетителя настороженным взглядом. На открытом лице мальчишки лет пятнадцати блестели светлые, как янтарь, глаза, обрамлённые золотистыми прядями длиной чёлки, а с плеча свесилась вперёд туго заплетённая коса. Невысокую фигуру гостя окутывал алый плащ, который почти касался тёмных ботинок. Толстая подошва и прядь-антенка делали его выше, но он едва доставал макушкой до уровня глаз гомункула.
Незнакомец разглядывал его в ответ. Взгляд гостя напоминал змеиный: рептилии тоже не моргали, и в их глазах читалась только гипнотизирующая пустота.
— Ты Алтон, верно?
Голос низкий, с едва уловимой хрипотцой. Такой подошёл бы уличному хулигану, а не прилизанной малявке.
Гомункул кивнул в замешательстве. Он с пацаном точно ни разу не пересекался, откуда этому типу знать его имя?
— А где… — мальчишка обвёл кабинет взглядом и остановил его на Огненном. — Ага.
Посетитель повернулся к гомункулу спиной. Алтон вздрогнул, заметив плетение двойной гексаграммы на уровне лопаток, и сцапал парня за шиворот.
