ДЦ: NetWare SQL был лишь надстройкой к СУБД Btrieve[102], встроенной в Novell-овскую серверную операционную систему. Причём эта надстройка выполнялась на клиенте в специальной резидентной программе
В итоге был написан небольшой слой, который находился под CST и транслировал узкое подмножество SQL без соединений (
Работа с Btrieve была ещё тем удовольствием, поскольку отсутствовало понятие логического поля. Например, при создании индекса указывалось, что индекс включает байты с 3-го по 9-й, а второй сегмент – с 22-го по 25-й. Список таблиц, полей, смещений к началу полей в записи приходилось вести самостоятельно.
Интересно, что Btrieve имела уникальный двухверсионный уровень изоляции, который я нигде больше не встречал. Процессы-читатели никогда не блокировались и не считывали «грязные»[103] данные, а если напарывались на них, то брали предыдущую чистую версию. Понятно, что какая-либо целостность этой версии по времени не гарантировалась: каждая таблица хранилась в своем файле. Журналов транзакций не было, «грязные» данные хранились в специальных страницах (
СБ: Кроме первой пробной установки Novell, за все остальные компания честно платила. Поэтому стоимость лицензий NetWare SQL была серьёзным аргументом в дополнение к его слабому быстродействию. CST на «голом» Btrieve работал в разы быстрее.
Кроме системы учёта для «Ниеншанца», на CST в 1992 году была сделана система для Молодёжной Биржи Труда. Как минимум год мы её сопровождали. В том же году сервер CST демонстрировался на выставке в ЛенЭкспо.
ДЦ: Между тем система, построенная на всем перечисленном, уже активно использовалась в компании и назвалась Seller 1.0. Написана она была, кроме интерфейса, опять-таки на голом C, а из-за ограничения в 640 килобайт представляла несколько разных исполняемых модулей: pay.exe для бухгалтерии, seller.exe для продавцов, store.exe для склада… Универсальную программу по причине размера собрать было уже нельзя.
Однако ограниченность платформы была ясна, и мы предприняли попытку разработать свой, как говорят сейчас, фреймворк. Да, мы создали в кратчайшие сроки свой язык NDL[104], компилятор, компоновщик и исполняющую систему, независимую от ОС. Она была переносима без каких-либо серьёзных проблем, в переходный период код исполнялся одновременно и под DOS, и под Windows. В ней была даже реализована бесконечнозначная арифметика с фиксированной точкой, хотя в самом NDL количество знаков ограничивалось 64.
Но Windows будет потом, а пока исполняющая система под DOS научилась грузить NDL-программу в расширенную оперативную память (
СБ: Если Seller 1 делался по наитию Д. Разгуляева, уточнявшего каждую неделю техзадание, то Seller 2 мы делали «правильно». Месяца 2–3 мы практически «бездельничали» – то есть придумали и обсудили приличное количество идей, оставив то, что нам казалось лучшим. Нарисовали схему базы данных и даже составили список ключевых функций. И только после этого приступили к реализации.
Сам NDL начинался с интерпретатора. Был придуман мета-код, первые бизнес-функции писались прямо на нем, но через месяц стало ясно, что без нормального языка дальше жить нельзя. Тогда появился NDL, компилятор и компоновщик. За основу синтаксиса был взят Паскаль. Код компилятора генерировался по описанию грамматики конвейером из 2 утилит, lex и yacc, под FreeBSD, установленной на одном из серверов. Полученный код на C затем компилировался в среде Borland под Windows. Компоновщик NDL собирал проект по описанию в makefile с разрешением имён глобальных и локальных ссылок и объектов. При этом он мог оставлять комментарии, которые позволяли исполнять код в режиме отладки с позиционированием на строки исходного кода. Всё было по-взрослому, несмотря на то, что сделано командой из 3 человек менее чем за год.
