Поэтому никто из отряда не удивился, когда спустя несколько лет этот ребёнок утопил в крови другую деревню, самолично вырезав всю верхушку.
Его месть была страшна, но в серебристом взоре она лишь набирала обороты, будто раскручивающаяся спираль.
Ничто не могло сломить её. Любовь Валентины оказалась бессильна, а суровость Николая лишь добавила пороху.
Мужчина, приведя домой двух малышей, только спустя несколько месяцев осознал, что в лице молодого племянника приобрёл не только ещё одного сына, но и расчётливого оппонента, который не гнушался дискуссий, развлекаясь ими даже во время еды.
И хотя в лице Орловых мальчик приобрёл новых родителей, он никогда не забывал, к какому роду принадлежит, швыряя фамилию в лицо каждому, кто посмеет думать, что принца можно держать в узде.
С высоты юноше открывался пугающий вид на людское море, разливающееся у дверей здания. Новость о том, что Константин привёл из леса девушку, быстро облетела жителей, передаваясь из уст в уста, то тихим шёпотом, то возмущёнными выкриками:
«Как же так! Человек? – кричали они. – А что же граница? Как он мог?!»
Деревенские жаждали видеть её и взглядом обыскивали окрестности, пытаясь найти виновницу происходящего, чтобы выплеснуть накопившийся гнев.
Друг за другом они входили в здание, исчезая за могучей дверью, и там замирали в ожидании, в очередной раз надеясь, что именно её рука тронет резную ручку.
Костя бросил взгляд на часы: «Всего пять минут на раздумья».
Ему не хотелось снова видеть недовольные лица стариков, ощущая, как зловонный запах, летающий в зале, постепенно проникает в тело.
Но он понимал, что если не пойдёт туда, то оставит отца наедине с врагами, с которыми тот не в силах справиться, ведь клятва верности давила неподъёмным грузом.
Старейшины будут травить его, используя для этого толпу, и если Николай не выдержит, сломается, то уничтожат его.
Костя в последний раз бросил взгляд вниз и увидел, что отец задержался у дверей.
«Бояться – это нормально. Глуп тот, кто этого не делает».
Соскользнув по стволу на землю, юноша тенью встал рядом с Колей.
– А я уж думал ты не придёшь, – произнёс тот, улыбнувшись.
– Я думал над этим, – честно признался принц. – Но представил, как ты выкручиваться будешь без меня…
– Проблематично, – хохотнул мужчина и надавил рукой на дверь. – Пошли, хватит ждать.
Когда они вошли в зал, Костя поборол желание закрыть уши руками, дабы не слышать шёпот, что струился из десятка ртов, напоминая змеиное шипение.
«Точно змеи, – пронеслось в голове, – а самые ядовитые вон там».
Кивком поприветствовав старейшин, принц направился к подоконнику, желая быть в недосягаемости от главы.
Закинув ноги на стоящую впереди скамейку, он прислонился спиной к стеклу, с сожалением разглядывая падающий снег. Своим небрежным видом Константин бросал вызов старикам, отвечая на важность сегодняшнего собрания едва скрытой зевотой.
– Потерпи немного, – Николай присел на скамейку, решив составить племяннику компанию, но тот в ответ лишь хмыкнул, прекрасно понимая, насколько могут затянуться такие разговоры.
Принц видел, как Елисей с жаром спорил о чём-то с Алефтиной, которая, кстати говоря, выглядела прекрасно, точнее, как всегда. И не скажешь, что ей ночью сильно досталось.
«Регенерация, как у молодого», – восхитился Константин.
– Тише, тише, – попытался успокоить толпу кто-то из старейшин. – Скоро начнём.
Люди стали рассаживаться. Те, кому не хватило места на скамейках, устроились, как и Костя, на подоконниках. Правда на каждом сидели по пять или шесть человек, а принц восседал на своём в гордом одиночестве.
Хотя нашлись несколько жителей, которые решились потеснить юношу, видно подумав, что тот не будет против компании.
Но бравая поступь быстро сошла на нет, как только они встретились взглядом с тлеющим пеплом.
– Хулиганишь, – тяжко вздохнул Николай, заметив, как люди метнулись к двери, трусливо сбегая с собрания.
– Нет, – Костя заметно повеселел, проводя их иронической усмешкой. – А ты не хочешь присесть рядом?
– Упаси боже, – ответил мужчина, заметив, как в задумчивом взгляде заплясали шаловливые искорки. – Я не идиот, чтобы идти против вожака.
– Зато я такую дуру знаю, – едва слышно пробормотал принц.
– Ты о чём?
– А?! – вздрогнул юноша, удивившись тому, что впервые его мысли обрели голос. – Да так, ни о чём особенном.
«Странно, такое за мной раньше не водилось».
– Итак, начнём, – Елисей слегка привстал на своём троне и обвёл взглядом собравшуюся толпу. – Нам стало известно о неподобающем поведении Константина… – тонкие губы сжались, ожидая, когда голоса стихнут. – Орлова.
Брови парня непроизвольно взметнулись вверх, выражая крайнее недоумение, да и не он один был сильно удивлён сказанным. Среди людей тут же вспыхнул недовольный рокот, который, правда, быстро погас, под неодобрительным взором главы:
– Он привёл из леса девушку, человека, поставив свои интересы выше рода. А мы все знаем, к чему может привести такая дерзость.
«Так вот оно что! Я-то думал, меня ждёт нечто интересное, а он опять старую пластинку завёл», – размышлял Константин, едва сдерживаясь от зевоты.
